11 069
правок
Антитезы: различия между версиями
м
→Современные рецепции
м (→Источники) |
|||
| Строка 88: | Строка 88: | ||
==Современные рецепции== | ==Современные рецепции== | ||
Выдающийся немецкий теолог первой половины ХХ века | Выдающийся немецкий теолог первой половины ХХ века Адольф фон Гарнак в 1921-24 гг. обнародовал реконструкцию всего «Евангелия Господня» и «Апостоликона», а также, в этой же книге, обстоятельный анализ и реконструкцию Антитез. Хотя он полагал, что Маркион правил как Евангелие от Луки, так и послания Павла, а не являлся хранителем изначальных версий этих текстов, как исследователь он, в целом, довольно высоко оценил роль Маркиона не только как составителя первого в истории христианского канона, но и как христианского экзегета. К примеру, в беседе с другим теологом, уроженцем России и другом [[Ницше, Фридрих|Ницше]], ''Францем Камилем Овербеком'' (1837—1905) Гарнак еще задолго до публикации данных своих трудов отметил, что <blockquote>''«Маркион был единственным христианином из язычников, который понимал Павла, и даже он не понимал его»'' [[Антитезы#Примечания|[28]]].</blockquote> | ||
Если ересиологи обвиняли Маркиона в «жажде славы и раскола в церкви», то их формальный единоверец Гарнак оценивал появление Антитез в совершенно ином ключе и придавал этому иной смысл:<blockquote> | Если ересиологи обвиняли Маркиона в «жажде славы и раскола в церкви», то их формальный единоверец Гарнак оценивал появление Антитез в совершенно ином ключе и придавал этому иной смысл:<blockquote> | ||
| Строка 98: | Строка 98: | ||
''«Среди изречений Иисуса, представленных Маркионом, нет апокрифических; он строго придерживался исправленного третьего Евангелия»'' [[Антитезы#Примечания|[30]]].</blockquote> | ''«Среди изречений Иисуса, представленных Маркионом, нет апокрифических; он строго придерживался исправленного третьего Евангелия»'' [[Антитезы#Примечания|[30]]].</blockquote> | ||
Германский физик, философ и писатель XX века ''[https://de.wikipedia.org/wiki/Hans_Leisegang Ганс Лейзеганг]'' (1890—1951) в своей книге «Die Gnosis» акцентирует внимание на том, чего не увидели античные (и особенно церковные) критики Маркиона. В посвященной ему главе своего труда он пишет об отрицании маркионовскими Антитезами ветхозаветных откровений следующее:<blockquote>''«Но если таким образом отбросить Ветхий Завет, <как это делает Маркион>, то новая религия, которую приносит Христос, окажется голой и беззащитной. Она больше не имеет исторической основы. Никакое пророчество древних времен не указывает на нее и не готовит ей путь. Никакая литература не может предоставить доказательств ее необходимости. Именно в этом отсутствии доказательств и в этой абсолютной новизне заключается сущность Евангелия. Маркион начинает свою Книгу Антитез словами: "О, чудо за чудом, восторг, сила и изумление оттого, что нельзя ни сказать что-либо о Евангелии, ни помыслить о нем, ни сравнить его с чем-либо". Оно предстает как нечто странное, совершенно новое в этом мире, нежданное, неподготовленное. Только милость благого Бога дарует его всем людям без их заслуг, без их желания, без их даже предчувстаия. Это "gratia gratis data" (милость, дарованная милостью). Только этот странный, добрый Бог, который не имел абсолютно никакого отношения к миру сему, был способен на этот акт милосердия. Если бы Он был создателем человечества, то Его долгом, вытекающим из Его благости, было бы заботиться о человечестве. Но если бы у Него была такая обязанность, Его благость была бы не свободной, но, скорее, долгом. Поэтому Бог, приносящий спасение, не может иметь никакой естественной связи с человечеством и этим миром. Он обитает вне космоса и до сих пор не был включен в него. Никто не знал Его; ни один пророк не мог пресказать о Нем ничего. Но от чего этот странный Бог хочет искупить человечество своею милостью, так это от несчастного мира сего и от этого столь же несчастного Бога, который его создал. Ветхий Завет — это не книга лжи. Он содержит правдивое повествование о реальной, но бесконечно печальной и ужасающей истории. Эта история подошла к концу. Спасение здесь. Мир, описанный в Ветхом Завете, больше не существует; он побежден. Бог Ветхого Завета потерял Свою силу. Он — враг, которого побеждают искупленные, и с ним также побеждена книга, в которой записаны он и его дела, — враг искуплённых»'' [[Антитезы#Примечания|[31]]].</blockquote>Разумеется, представители господствующих в разных странах мира христианских церквей и по сей день в огромном большинстве своём отвергают любое богословское наследие Маркиона как «еретическое»; не являются исключением и Антитезы, оцениваемые аналогичным образом. | Германский физик, философ и писатель XX века ''[https://de.wikipedia.org/wiki/Hans_Leisegang Ганс Лейзеганг]'' (1890—1951) в своей книге «Die Gnosis» акцентирует внимание на том, чего не увидели античные (и особенно церковные) критики Маркиона. В посвященной ему главе своего труда он пишет об отрицании маркионовскими Антитезами ветхозаветных откровений следующее:<blockquote>''«Но если таким образом отбросить Ветхий Завет, <как это делает Маркион>, то новая религия, которую приносит Христос, окажется голой и беззащитной. Она больше не имеет исторической основы. Никакое пророчество древних времен не указывает на нее и не готовит ей путь. Никакая литература не может предоставить доказательств ее необходимости. Именно в этом отсутствии доказательств и в этой абсолютной новизне заключается сущность Евангелия. Маркион начинает свою Книгу Антитез словами: "О, чудо за чудом, восторг, сила и изумление оттого, что нельзя ни сказать что-либо о Евангелии, ни помыслить о нем, ни сравнить его с чем-либо". Оно предстает как нечто странное, совершенно новое в этом мире, нежданное, неподготовленное. Только милость благого Бога дарует его всем людям без их заслуг, без их желания, без их даже предчувстаия. Это "gratia gratis data" (милость, дарованная милостью). Только этот странный, добрый Бог, который не имел абсолютно никакого отношения к миру сему, был способен на этот акт милосердия. Если бы Он был создателем человечества, то Его долгом, вытекающим из Его благости, было бы заботиться о человечестве. Но если бы у Него была такая обязанность, Его благость была бы не свободной, но, скорее, долгом. Поэтому Бог, приносящий спасение, не может иметь никакой естественной связи с человечеством и этим миром. Он обитает вне космоса и до сих пор не был включен в него. Никто не знал Его; ни один пророк не мог пресказать о Нем ничего. Но от чего этот странный Бог хочет искупить человечество своею милостью, так это от несчастного мира сего и от этого столь же несчастного Бога, который его создал. Ветхий Завет — это не книга лжи. Он содержит правдивое повествование о реальной, но бесконечно печальной и ужасающей истории. Эта история подошла к концу. Спасение здесь. Мир, описанный в Ветхом Завете, больше не существует; он побежден. Бог Ветхого Завета потерял Свою силу. Он — враг, которого побеждают искупленные, и с ним также побеждена книга, в которой записаны он и его дела, — враг искуплённых»'' [[Антитезы#Примечания|[31]]].</blockquote>Разумеется, представители господствующих в разных странах мира христианских церквей и по сей день в огромном большинстве своём отвергают любое богословское наследие Маркиона как «еретическое»; не являются исключением и Антитезы, оцениваемые аналогичным образом. | ||
Однако из этого правила есть и исключения. Так, современный американский протестантский пастор, доктор теологии ''Кэролл Р. Бирбауэр'', несмотря на свою конфессиональную принадлежность, в которой принято с подчёркнутым пиететом относиться к ветхозаветным откровениям, далёк от мысли осуждать Маркиона за его воззрения и отмечает их логичность и ясность. В своём труде 2005 года под названием ''«Антитезы Маркиона»'' он, в частности, пишет:<blockquote>''«В канон Маркиона входил комментарий, называвшийся "Антитезы". Его "Антитезы" являются самым ранним свидетельством этого слова в христианской литературе. Чтобы опровергнуть работу Маркиона, "православные люди", сформировав так называемую "кафолическую" (вселенскую) церковь, перешли к нападению. Уже в 180 году у них было [[4|четыре]] Евангелия, хотя полный канон Нового Завета из [[27|двадцати семи]] книг не был составлен вплоть до 397 года. В это время к канону были присоединены еврейские писания, и всё вместе получило название "Святая Библия". Эта "Святая Библия" разделялась на две неравные части — Ветхий Завет и Новый Завет. Так иудаизм был инкорпорирован в христианство, а результатом стало иудейское христианство»'' [[Антитезы#Примечания|[32]]].</blockquote>Петербургский исследователь раннего христианства и переводчик гностических текстов ''Дм. Алексеев'' также не видит никаких оснований в том, чтобы обвинять Маркиона в необоснованных метафизических спекуляциях (особенно на фоне его римских противников-[https://en.wikipedia.org/wiki/Monarchianism монархиан]) в том смысле, в каком его обвиняли отцы церкви:<blockquote>''«Для приверженцев иудео-христианского синкретизма проповедь Маркиона прозвучала как гром среди ясного неба. (...) Простое, ясное и логично вытекающее из текста как христианских, так и иудейских писаний толкование Маркиона поставило под угрозу не только претензии ортодоксии на вселенскую власть, но и её существование как организованной группы. Разумеется, его тут же провозгласили "еретиком" и даже "первенцем [[Сатана|Сатаны]]" (...). Маркион выступал в роли традиционалиста, защищавшего священное наследие апостола Павла и Самого Иисуса от более чем смелого богословского новаторства пресвитеров римской общины. Конфликт между ним и пресвитерами ещё обострял тот факт, что в тот период римская община придерживалась позднее осужденного церковными соборами монархианского учения. По крайней мере, римские епископы Виктор, Зефирин и Каллист, возглавлявшие общину уже после изгнания Маркиона, вошли в историю именно как монархиане. Не вдаваясь в тонкости этой очень своеобразной богословской концепции, отметим лишь, что монархиане прямо отожествляли Христа с божеством Яхве и считали их одной единой Личностью. Нетрудно представить, какое впечатление на этих людей должна была произвести проповедь Маркиона»'' [[Антитезы#Примечания|[33]]].</blockquote> | Однако из этого правила есть и исключения. Так, современный американский протестантский пастор, доктор теологии ''Кэролл Р. Бирбауэр'', несмотря на свою конфессиональную принадлежность, в которой принято с подчёркнутым пиететом относиться к ветхозаветным откровениям, далёк от мысли осуждать Маркиона за его воззрения и отмечает их логичность и ясность. В своём труде 2005 года под названием ''«Антитезы Маркиона»'' он, в частности, пишет:<blockquote>''«В канон Маркиона входил комментарий, называвшийся "Антитезы". Его "Антитезы" являются самым ранним свидетельством этого слова в христианской литературе. Чтобы опровергнуть работу Маркиона, "православные люди", сформировав так называемую "кафолическую" (вселенскую) церковь, перешли к нападению. Уже в 180 году у них было [[4|четыре]] Евангелия, хотя полный канон Нового Завета из [[27|двадцати семи]] книг не был составлен вплоть до 397 года. В это время к канону были присоединены еврейские писания, и всё вместе получило название "Святая Библия". Эта "Святая Библия" разделялась на две неравные части — Ветхий Завет и Новый Завет. Так иудаизм был инкорпорирован в христианство, а результатом стало иудейское христианство»'' [[Антитезы#Примечания|[32]]].</blockquote>Петербургский исследователь раннего христианства и переводчик гностических текстов ''Дм. Алексеев'' также не видит никаких оснований в том, чтобы обвинять Маркиона в необоснованных метафизических спекуляциях (особенно на фоне его римских противников-[https://en.wikipedia.org/wiki/Monarchianism монархиан]) в том смысле, в каком его обвиняли отцы церкви:<blockquote>''«Для приверженцев иудео-христианского синкретизма проповедь Маркиона прозвучала как гром среди ясного неба. (...) Простое, ясное и логично вытекающее из текста как христианских, так и иудейских писаний толкование Маркиона поставило под угрозу не только претензии ортодоксии на вселенскую власть, но и её существование как организованной группы. Разумеется, его тут же провозгласили "еретиком" и даже "первенцем [[Сатана|Сатаны]]" (...). Маркион выступал в роли традиционалиста, защищавшего священное наследие апостола Павла и Самого Иисуса от более чем смелого богословского новаторства пресвитеров римской общины. Конфликт между ним и пресвитерами ещё обострял тот факт, что в тот период римская община придерживалась позднее осужденного церковными соборами монархианского учения. По крайней мере, римские епископы Виктор, Зефирин и Каллист, возглавлявшие общину уже после изгнания Маркиона, вошли в историю именно как монархиане. Не вдаваясь в тонкости этой очень своеобразной богословской концепции, отметим лишь, что монархиане прямо отожествляли Христа с божеством Яхве и считали их одной единой Личностью. Нетрудно представить, какое впечатление на этих людей должна была произвести проповедь Маркиона»'' [[Антитезы#Примечания|[33]]].</blockquote> | ||