Эбони Анпу: различия между версиями

Нет описания правки
Строка 8: Строка 8:
В восемнадцать лет Эбони вынужден был покинуть Техас из-за проблем с законом. По рассказам его друзей, Эбони обожал «травить байки» о собственной жизни. И одной из любимых его историй был как раз эпизод с бегством из Техаса. Так, он утверждал, что в Техасе в то время стрельба по радиатору и шинам полицейского автомобиля расценивалась лишь как сопротивление при задержании, а не как покушение на убийство, что, впрочем, не помешало преследователям из полиции открыть ответный огонь.  
В восемнадцать лет Эбони вынужден был покинуть Техас из-за проблем с законом. По рассказам его друзей, Эбони обожал «травить байки» о собственной жизни. И одной из любимых его историй был как раз эпизод с бегством из Техаса. Так, он утверждал, что в Техасе в то время стрельба по радиатору и шинам полицейского автомобиля расценивалась лишь как сопротивление при задержании, а не как покушение на убийство, что, впрочем, не помешало преследователям из полиции открыть ответный огонь.  


По его словам, он унес ноги из Техаса и доехал до Нью-Мексико или Аризоны. Там машина вышла из строя; он бросил ее на обочине, каким-то чудом умудрился пересечь пустыню пешком и добрался до залива Сан-Франциско. Был 1968 год, и Эбони очутился в эпицентре контркультурной революции. Устроиться на постоянную работу он не мог, пока не вышел срок давности уголовного преследования (если, конечно, допустить, что его и вправду преследовали), а потому несколько лет был вынужден перебиваться случайными заработками. Но в конце концов ему удалось получить государственное пособие по инвалидности — он с детства страдал тяжелой формой астмы. И благодаря этому Эбони смог посвятить все свое время и силы тому, что вызывало у него подлинный интерес, — религиозным поискам.
По его словам, он унес ноги из Техаса и доехал до Нью-Мексико или Аризоны. Там машина вышла из строя; он бросил ее на обочине, смог пересечь пустыню пешком и добрался до залива Сан-Франциско. Был 1968 год, и Эбони очутился в эпицентре контркультурной революции. Устроиться на постоянную работу он не мог, пока не вышел срок давности уголовного преследования (если, конечно, допустить, что его и вправду преследовали), а потому несколько лет был вынужден перебиваться случайными заработками. Но в конце концов ему удалось получить государственное пособие по инвалидности — он с детства страдал тяжелой формой астмы. И благодаря этому Эбони смог посвятить все свое время и силы тому, что вызывало у него подлинный интерес, — религиозным поискам.


О том, чем он занимался в конце шестидесятых — начале семидесятых, известно не так уж много. За это время он успел побывать [[Сатанизм|сатанистом]], приверженцем идеи о том, что миром править должна горстка Избранных — тех, в ком пробудилась подлинная осознанность. Он утверждал, что с детских лет помнил свои прошлые жизни и что во всех своих инкарнациях он был облечен огромной властью. Однажды он заявил, что в одном из прошлых воплощений он был египетским фараоном Сети I, при котором построили один из самых прекрасных в мире храмовых комплексов. Эбони также полагал, что [[Кроули, Алистер|Алистер Кроули]], раздробил свою душу на множество частей и что его реинкарнациями в той или иной степени являются все его последователи.
О том, чем он занимался в конце шестидесятых — начале семидесятых, известно не так уж много. За это время он успел побывать [[Сатанизм|сатанистом]], приверженцем идеи о том, что миром править должна горстка Избранных — тех, в ком пробудилась подлинная осознанность. Он утверждал, что с детских лет помнил свои прошлые жизни и что во всех своих инкарнациях он был облечен огромной властью. Однажды он заявил, что в одном из прошлых воплощений он был египетским фараоном Сети I, при котором построили один из самых прекрасных в мире храмовых комплексов. Эбони также полагал, что [[Кроули, Алистер|Алистер Кроули]], раздробил свою душу на множество частей и что его реинкарнациями в той или иной степени являются все его последователи.


В какой-то момент — по-видимому, в начале семидесятых, — Эбони принял магическое имя, под которым он стал известен. Его дала ему какая-то ведунья во время [[Викка|викканского]] посвящения. Впрочем, у него были и другие магические имена. В своей работе ''«Многомерная магия»'' он пишет:  
В какой-то момент — по-видимому, в начале семидесятых, — Эбони принял магическое имя, под которым он стал известен. Его дала ему какая-то ведунья во время [[Викка|викканского]] посвящения. Впрочем, у него были и другие магические имена. В своей работе ''«Многомерная магия»'' он пишет:  
:''«Начиная с 65-го года сего Эона все Магические Имена, которые я принимал для себя, давали в сумме число 137». Согласно [[Сефер Сефирот|«Сефер сефирот»]], 137 — это число слов «колесо», «живот, глотка», «изваяние, статуя» и «[[каббала]]».''
:''«Начиная с 65-го года сего Эона все Магические Имена, которые я принимал для себя, давали в сумме число [[137]]». Согласно [[Сефер Сефирот|«Сефер сефирот»]], 137 — это число слов «колесо», «живот, глотка», «изваяние, статуя» и «[[каббала]]».''


«Анпу», вторая часть имени Эбони, — это вариант прочтения имени древнеегипетского бога Инпу, которого греки называли [[Анубис|Анубисом]]. Эбони тесно отождествлялся с этим божественным образом — не в последнюю очередь потому,  что слабое здоровье вынуждало его много думать о смерти. Но в этом имени для него заключался и важный эзотерический смысл. Однажды он рассказал, как [[Священный Ангел-Хранитель]] явился ему в образе Анубиса и провел его по пути [[Ламед]] в зал двух Истин, где сердце его было взвешено на весах [[Маат]]. Он истолковал это событие как настройку и уравновешивание кармы новоиспеченного адепта, предшествующие продвижению в [[Сефирот|сефиру]] [[Гебура|Гебуры]].
«Анпу», вторая часть имени Эбони, — это вариант прочтения имени древнеегипетского бога Инпу, которого греки называли [[Анубис|Анубисом]]. Эбони тесно отождествлялся с этим божественным образом — не в последнюю очередь потому,  что слабое здоровье вынуждало его много думать о смерти. Но в этом имени для него заключался и важный эзотерический смысл. Однажды он рассказал, как [[Священный Ангел-Хранитель]] явился ему в образе Анубиса и провел его по пути [[Ламед]] в зал двух Истин, где сердце его было взвешено на весах [[Маат]]. Он истолковал это событие как настройку и уравновешивание кармы новоиспеченного адепта, предшествующие продвижению в [[Сефирот|сефиру]] [[Гебура|Гебуры]].