Ленгле-Дюфренуа, Никола

Материал из Телемапедии
Никола Ленгле-Дюфренуа
Никола Ленгле-Дюфренуа

Ленгле-Дюфренуа, Никола, также Никола Ленгле дю Френуа (фр. Nicolas Lenglet Du Fresnoy или Lenglet-Dufresnoy; псевдонимы — Гордон де Персель (Gordon de Percel), Эдвард Мелтон (Edward Melton), Альберт ван Хеуссен (Albert Van Heussen), Госфорд; 5 октября 1674, Бове, Пикардия — 16 января 1755, Париж) — французский эзотерик, аббат, дипломат, историк, географ, переводчик, энциклопедист и библиограф алхимии. Автор фундаментального трёхтомного труда «Histoire de la philosophie hermétique. Accompagnée d'un catalogue raisonné des écrivains de cette science» («История герметической философии, сопровождённая критическим каталогом писателей этой науки», Париж, 1742—1744) — первой систематической истории и библиографии алхимии на французском языке, ставшей одним из главных источников герметико-алхимического возрождения XVIII—XIX веков.

Именно знакомство с «Историей герметической философии» Ленгле в 1741 году в библиотеке Сен-Жермен-де-Пре стало решающим фактором, повлиявшем на интересы Антуана Жозефа Пернети, его «Мифо-герметического словаря» и, в конечном счёте, — для всего эзотерико-масонского общества Авиньонских иллюминатов и Герметического устава. Через эти каналы материалы, систематизированные Ленгле, опосредованно повлияли на западное эзотерическое движение XIX-XX веков, включая французское оккультное возрождение, Мемфис-Мицраим, Папюса и Брико, а через них — на эзотерический контекст, в котором впоследствии сформировались O.T.O. и Телема.

Биография

Происхождение и образование

Никола Ленгле-Дюфренуа родился 5 октября 1674 года в Бове (Пикардия), в семье среднего достатка. Получил классическое образование, в 1690-х годах изучал богословие на Парижском теологическом факультете (до 1696 года) [1]. Несмотря на принятие духовного сана и титул аббата, Ленгле никогда не вёл строго церковной жизни и быстро переключился с богословия на дипломатию, политику и литературу.

Дипломатическая служба

В 1705 году Жан-Батист Кольбер де Торси, государственный секретарь Людовика XIV по иностранным делам, назначил Ленгле-Дюфренуа секретарём по латинскому и французскому языкам при дворе Иосифа-Клемента Баварского — курфюрста Кёльнского, проживавшего тогда в Лилле. На этой должности Ленгле занимался дипломатической перепиской и аналитической работой. С возвращением в Париж в эпоху Регентства (1715—1723) он сделался ценным сотрудником регента Филиппа Орлеанского: в 1718 году ему была поручена работа по раскрытию участников заговора Челламаре — попытки испанского посла в Париже принца Челламаре свергнуть регентство в пользу Филиппа V Испанского. По заключении этого дела Ленгле отошёл от политической деятельности и сосредоточился на учёных трудах, отклоняя предложения о службе как во Франции, так и за её пределами [2].

Эрудит и независимый литератор

С 1720-х годов и до конца жизни Ленгле-Дюфренуа жил в Париже как независимый литератор и эрудит. Он не занимал постоянных должностей, отказавшись от выгодных предложений Венского двора и иных покровителей, и существовал на доходы от своих многочисленных публикаций — компиляций, переводов, исторических и географических руководств, библиографических каталогов. По характеру его деятельности он принадлежит к категории «bibliographes érudits» — учёных-библиографов, представлявших собой существенную часть французского интеллектуального ландшафта первой половины XVIII века (наряду с такими фигурами, как Просперо Маршан, Этьен Бурно де Валенкур и Пьер-Франсуа Гийо-Демоле).

Независимый и бесстрашный характер Ленгле приводил его в течение жизни не менее восьми раз к заключению в Бастилии — за публикации, которые цензоры короля считали неудобными, или за политически сомнительные связи. Тем не менее, каждый раз он выходил на свободу и продолжал работу, не меняя ни тематики, ни стиля.

Обстоятельства смерти

Ленгле-Дюфренуа умер 16 января 1755 года в возрасте 80 лет в Париже при обстоятельствах одновременно трагических и достойных мрачного романа эпохи Просвещения: по сохранившимся свидетельствам, он заснул, читая у камина, упал в огонь и был обнаружен соседями уже мёртвым; его голова к моменту обнаружения была обуглена. Похоронен в церкви или на кладбище церкви Сен-Северен в Париже [3]. Этот эпизод в дальнейшем стал хрестоматийным для эзотерической литературы как пример «алхимика, поглощённого огнём своей же стихии».

«История герметической философии» (1742)

«История герметической философии»
«История герметической философии»

Издание и структура

Главный труд Ленгле-Дюфренуа в области эзотерической истории — «Histoire de la philosophie hermétique. Accompagnée d'un catalogue raisonné des écrivains de cette science» («История герметической философии, сопровождённая критическим каталогом писателей этой науки»), впервые изданный в Париже книгопродавцем Кустелье в 1742 году в трёх томах (3-е переиздание — Барруа, 1744; репринт — Hildesheim—New York: G. Olms, 1975, в серии Historia philosophiae № 1) [4].

Состав трёх томов:

  • Том I — собственно «История герметической философии», то есть истории алхимии от древнейших времён до эпохи автора; представляет наиболее известных алхимиков с биографическими очерками (где это было возможно по источникам) и с критической оценкой их практик и заявленных трансмутаций.
  • Том II — «Открытый вход в закрытый дворец короля» («L'Entrée ouverte au Palais fermé du Roi»), французский перевод знаменитого алхимического трактата Иринея Филалета (псевдоним Джорджа Старки, 1628—1665) «Introitus apertus ad occlusum Regis palatium» (Амстердам, 1667). Этот текст, считающийся одним из шедевров поздней западноевропейской алхимии, был включён в собрание в качестве «образцового» алхимического сочинения, на которое опирается критическая часть издания.
  • Том III — «Каталог алхимиков и алхимических манускриптов» — обширная аннотированная библиография алхимической литературы и сохранившихся на тот момент рукописей; для своего времени уникальный по полноте справочник, остающийся ценным источником для исследователей по сей день.

Двойственная позиция автора

Самая характерная черта «Истории герметической философии» Ленгле — её двойственность. С одной стороны, автор открыто декларирует скептическое отношение к алхимии: в предисловии он заявляет, что речь идёт о «знаменитых безумцах» (illustres fous), жертвах собственной алчности и любопытства, среди которых разве что изредка встречаются «несколько разумных кузенов» [5]. Идеологически это вписывает труд в общую линию рационалистической критики «суеверий» эпохи раннего Просвещения.

С другой стороны, читая Ленгле внимательно, исследователи неизменно отмечают, что он знал об алхимии существенно больше, чем считал нужным открыто признавать. Ряд его замечаний относительно отдельных авторов, точность его библиографических описаний рукописей, подробное знакомство с трудно доступными источниками — всё это говорит о подлинной включённости автора в герметическую традицию. Современные обозреватели (например, Жан-Пьер Дешеппер в рецензии 1979 года) прямо указывают на этот парадокс:

«Он защищается, говоря, что обращается лишь к людям со вкусом, а не к учёным, но и первых он не разочаровывает» [6].

Этот двойственный статус — рационалистическая декларация и серьёзное знакомство с алхимическим материалом — обеспечил книге уникальную судьбу. Цензурно она была относительно безопасна (формально автор «разоблачает алхимию»); фактически же она стала первым доступным широкому читателю систематическим собранием знаний об алхимической традиции и её литературе. Благодароя этому книга парадоксальным образом сделалась одним из главных каналов передачи алхимической традиции в эпоху, когда сама эта традиция официально считалась «преодолённой» Просвещением.

Значение для последующей герметической традиции

«История герметической философии» Ленгле-Дюфренуа стала базовым источником для всей последующей франкоязычной алхимической литературы XVIII—XIX веков. Особо важно её влияние в трёх направлениях:

На Дом Антуана-Жозефа Пернети. Знакомство Пернети с «Историей герметической философии» в 1741 году (вероятно, ещё до её формальной публикации, в виде рукописи или ранних экземпляров) или в 1742 году в библиотеке аббатства Сен-Жермен-де-Пре в Париже стало, по собственному признанию Пернети, отправной точкой его собственной эзотерической карьеры. Из Ленгле Пернети заимствовал общую методологию работы с алхимическим корпусом (соединение исторического и интерпретационного подходов), значительную часть библиографической базы и часть критической оценки отдельных авторов. «Мифо-герметический словарь» Пернети (1758) во многом является герменевтическим продолжением каталога Ленгле, переведённым в форму алфавитного справочника с особым акцентом на интерпретации мифологической символики [7].

На европейский герметический канон. Через многократные переиздания и широкую читательскую аудиторию (книга была доступна всем читающим по-французски европейским образованным кругам) «История герметической философии» зафиксировала канон классических алхимических авторов в той форме, в какой он сохранится и в эзотерической литературе XIX—XX веков: Гермес Трисмегист, Зосима Панополитанский, Гебер, Альберт Великий, Раймунд Луллий, Арнольд из Виллановы, Николя Фламель, Василий Валентин, Парацельс, Бернард Тревизанский, Михаэль Майер, Ириней Филалет и другие. Этот канон, опосредованный через Пернети и далее через Папюса, сохранил основное ядро и в материалах Ордена Золотой Зари, и в эзотерических работах Алистера Кроули и его современников.

На библиографию алхимии. Каталог Ленгле в третьем томе оставался стандартным справочным пособием по алхимической литературе вплоть до конца XIX века. Он использовался такими позднейшими библиографами, как Жозеф Феррарио (Jean-Jacques Manget), Альберт Пуассон (Albert Poisson), и в значительной мере определил, какие алхимические тексты «вошли в канон» и регулярно переиздавались, а какие остались малоизвестными.

Другие сочинения

Корпус сочинений Ленгле-Дюфренуа обширен и охватывает практически все жанры учёной литературы первой половины XVIII века.

История и методология истории

  • «Méthode pour étudier l'histoire, avec un catalogue des principaux historiens» («Метод изучения истории, с каталогом главных историков», 1713, многократно переиздавалась). Один из самых влиятельных в XVIII веке учебников исторической критики и историографии; содержит обширную аннотированную библиографию исторической литературы.
  • «Supplément de la Méthode pour étudier l'histoire» (Париж, 1739).
  • «Tablettes chronologiques de l'histoire universelle» (Париж, 1729) — хронологические таблицы всемирной истории.

География

  • «Méthode pour étudier la géographie» («Метод изучения географии», Париж, 1716) — учебное руководство по географии с обширным библиографическим аппаратом.
  • «Lettre de M. l'Abbé Lenglet du Fresnoy à l'Auteur des Observations sur les écrits modernes. Au sujet de la méthode pour étudier la géographie» (Гаага, J. Neaulme, 1739).

Религия и церковная история

  • «La messe des fidèles, avec une explication historique et dogmatique du sacrifice de la Sainte Messe» («Месса верных, с историческим и догматическим объяснением жертвы Святой Мессы», Париж: Damonneville, 1742).
  • «Conférence entre Luther et le diable au sujet de la messe» («Беседа Лютера с дьяволом о мессе») — комментированное издание (совместно с Жераном де Кордемуа), переиздано с предисловием Изидора Лизё в 1875 году.

Политика и международные отношения

  • «Lettres d'un pair de la Grande Bretagne à Milord Archevêque de Cantorberi sur l'état présent des affaires de l'Europe» (Лондон, Innys, 1745).
  • «L'Europe pacifiée par l'équité de la Reine de Hongrie, ou distribution légale de la Succession d'Autriche» (Брюссель, F. Foppens, 1745). В этом труде Ленгле выступил с дипломатическим анализом войны за австрийское наследство.

Эзотерика и сопредельные области

Помимо «Истории герметической философии», Ленгле-Дюфренуа издал также:

  • «Traité historique et dogmatique sur les apparitions, les visions et les révélations particulières» («Историко-догматический трактат о явлениях, видениях и частных откровениях», 1751, в 2 томах) — один из первых систематических трудов о видениях, апокалиптических феноменах и якобы сверхъестественных событиях; источник для французской эзотерической литературы XIX века, в том числе для Элифаса Леви и его круга.
  • «Recueil de dissertations anciennes et nouvelles sur les apparitions, les visions et les songes» (1752, в 4 томах) — расширенное собрание материала о видениях и снах.

Ленгле-Дюфренуа и эзотерический канон

Особый статус Ленгле-Дюфренуа в истории западного эзотеризма связан с тем, что он представляет собой пример учёного-передатчика: человека, который, формально не будучи адептом или практикующим алхимиком, обеспечивает институциональную и текстуальную преемственность традиции в эпоху, когда сама традиция теряет свою публичную легитимность.

Это сближает Ленгле-Дюфренуа с такими более поздними фигурами, как:

Через работу таких посредников алхимико-герметическая традиция продолжала существовать как литературный и интеллектуальный факт в эпоху, когда её институциональные носители (цеховые алхимики, монастырские скриптории, придворные алхимики) уже сходили со сцены.

Ленгле-Дюфренуа и Телема

Прямой преемственности между Ленгле-Дюфренуа и Телемой не существует: имя Ленгле не появляется в работах Кроули и не было предметом специального интереса в кругах Золотой Зари или O.T.O. Тем не менее, значение этой фигуры для общей предыстории Телемы реально, и оно идёт по нескольким опосредованным каналам:

Через Пернети и Авиньонских иллюминатов — материал, собранный и интерпретированный Ленгле, был переработан Пернети в «Мифо-герметическом словаре» (1758) и интегрирован в ритуал и доктрину Герметического устава. От Пернети, через парижское посредничество и Мемфис-Мицраим, часть алхимико-герметического канона дошла до Кельнера, Ройсса и далее до ритуального корпуса O.T.O.

Через французское оккультное возрождение конца XIX века — переиздания и цитирование «Истории герметической философии» в кругу Элифаса Леви, Альбера Пуассона, Станисласа де Гуайты, Папюса поддерживали преемственность алхимического канона в той форме, в которой он закрепился в эзотерической литературе конца XIX — начала XX веков, включая корпус источников, на которые опирался Кроули в собственных алхимических работах (комментарии к Liber HHH, к Liber Aleph, к разделам Магии без слёз).

Структурно Ленгле-Дюфренуа представляет интересный прецедент того, как декларируемый скептицизм может сочетаться с подлинной передачей традиции. Эта позиция типологически близка к стратегии многих последующих эзотериков, включая Кроули, который, при всей своей систематической критике суеверий и популярного оккультизма, одновременно с величайшей серьёзностью разрабатывал собственную посвятительную систему.

Критические замечания и дискуссии

Степень эрудиции и подлинного знания. В историографии существует две позиции относительно того, в какой мере Ленгле-Дюфренуа был подлинным знатоком алхимии. Одна точка зрения (более старая, восходящая к XIX веку) рассматривает его как чистого библиографа-компилятора, собравшего ценный материал без глубокого его понимания. Другая позиция (более современная, представленная Дешеппером, Февром и другими) указывает на ряд специфических замечаний Ленгле о технических деталях алхимического делания, на его близкое знакомство с редкими источниками и на стиль некоторых пассажей, выдающий не просто компилятора, а человека, имевшего собственный практический или интеллектуальный опыт работы с традицией.
Атрибуция французского перевода «Открытого входа». Включённый во второй том «Истории герметической философии» французский перевод «L'Entrée ouverte au Palais fermé du Roi» Иринея Филалета традиционно приписывается самому Ленгле, но в некоторых изданиях фигурирует как анонимный или с указанием на «руки разных переводчиков». Полная атрибуция остаётся предметом обсуждения.
Двойственность Ленгле как литературный приём или подлинная позиция. Открытым остаётся вопрос: была ли скептическая риторика Ленгле сознательной цензурной маскировкой (как полагают многие эзотерические комментаторы), искренним убеждением рационалистического толка, или же выражением сложной двойственности человека эпохи раннего Просвещения, для которого «правильное» отношение к традиции состояло именно в одновременном изучении и критике её.
Достоверность отдельных биографических сведений в I томе. Часть биографических данных об алхимиках, приведённых Ленгле, восходит к более ранним некритическим источникам (житийная литература о Николае Фламеле, легендарные сведения о Раймунде Луллии) и в современной академической литературе по истории алхимии (Лоуренс Принсип, Уильям Ньюман) пересмотрена в более критическом ключе. Это, однако, не уменьшает ценности труда Ленгле как источника, отражающего восприятие алхимической традиции в начале XVIII века.

См. также

Библиография

Сочинения Ленгле-Дюфренуа

  • Lenglet Du Fresnoy N. Méthode pour étudier l'histoire, avec un catalogue des principaux historiens. — Paris, 1713 (и многочисленные переиздания).
  • Lenglet Du Fresnoy N. Méthode pour étudier la géographie. — Paris, 1716.
  • Lenglet Du Fresnoy N. Tablettes chronologiques de l'histoire universelle. — Paris, 1729.
  • Lenglet Du Fresnoy N. Lettre de M. l'Abbé Lenglet du Fresnoy à l'Auteur des Observations sur les écrits modernes. Au sujet de la méthode pour étudier la géographie. — La Haye: J. Neaulme, 1739.
  • Lenglet Du Fresnoy N. Supplément de la Méthode pour étudier l'histoire. — Paris: Rollin fils, DeBure l'aîné, 1739.
  • Lenglet Du Fresnoy N. Histoire de la philosophie hermétique. Accompagnée d'un catalogue raisonné des écrivains de cette science. — Paris: Coustelier, 1742 (3 vol.). — Переиздания: Paris: Barois, 1744; репринт: Hildesheim—New York: G. Olms, 1975 (серия Historia philosophiae, № 1). Современное франкоязычное переиздание: Massanne, 2010.
  • Lenglet Du Fresnoy N. La messe des fidèles, avec une explication historique et dogmatique du sacrifice de la Sainte Messe. — Paris: Damonneville, 1742.
  • Lenglet Du Fresnoy N. Lettres d'un pair de la Grande Bretagne à Milord Archevêque de Cantorberi sur l'état présent des affaires de l'Europe. — Londres: Innys, 1745.
  • Lenglet Du Fresnoy N. L'Europe pacifiée par l'équité de la Reine de Hongrie, ou distribution légale de la Succession d'Autriche. — Bruxelles: F. Foppens, 1745.
  • Lenglet Du Fresnoy N. Traité historique et dogmatique sur les apparitions, les visions et les révélations particulières. — Avignon—Paris, 1751. — 2 vol.
  • Lenglet Du Fresnoy N. Recueil de dissertations anciennes et nouvelles sur les apparitions, les visions et les songes. — Avignon—Paris, 1752. — 4 vol.

Исследования и комментарии

  • Deschepper J.-P. Nicolas Lenglet du Fresnoy, Histoire de la philosophie hermétique. Nachdruck der Ausgabe Paris 1742 // Revue Philosophique de Louvain. — 1979. — Quatrième série. — T. 77, n° 35. — С. 428—429.
  • Faivre A. L'Ésotérisme au XVIIIe siècle en France et en Allemagne. — Paris: Seghers, 1973.
  • Faivre A. Accès de l'ésotérisme occidental. — Paris: Gallimard, 1986 (рус. перевод: Февр А. Эзотеризм. Краткий путеводитель. — М., 2008).
  • Geoffroy de Grandmaison L. Notice sur Nicolas Lenglet du Fresnoy // Lenglet Du Fresnoy N. Histoire de la Philosophie Hermétique. — Éditions de Massanne (предисловие к репринту).
  • Telle E.-V. Lenglet Dufresnoy et son temps // Les Études classiques. — 1979.
  • Principe L. M. The Secrets of Alchemy. — Chicago: University of Chicago Press, 2013. — Раздел об историографии алхимии в XVIII веке.

Ссылки

Примечания

1. О ранних годах и образовании Ленгле-Дюфренуа см.: Geoffroy de Grandmaison L. Notice sur Nicolas Lenglet du Fresnoy // Lenglet Du Fresnoy N. Histoire de la Philosophie Hermétique. — Éditions de Massanne. — P. 9.
2. О дипломатической службе и роли в раскрытии заговора Челламаре см.: Nicolas Lenglet Du Fresnoy // Encyclopædia Britannica; Telle E.-V. Lenglet Dufresnoy et son temps // Les Études classiques. — [Lonon], 1979.
3. Обстоятельства смерти Ленгле в камине описаны в источниках XVIII—XIX веков, в частности: Testament littéraire de Jean-François Dreux du Radier, Archives Nationale, manuscrit Q 651; тж. см.: Wikimonde, статья «Nicolas Lenglet Du Fresnoy».
4. О структуре и переизданиях «Истории герметической философии» см.: Deschepper J.-P. Указ. соч.; Faivre A. L'Ésotérisme au XVIIIe siècle. — Paris: Seghers, 1973.
5. «Illustres fous» — выражение Ленгле из предисловия к первому тому «Истории герметической философии»; ср. рецензию: Deschepper J.-P. Указ. соч. — P. 428.
6. Deschepper J.-P. Указ. соч. — P. 428—429.
7. О роли «Истории герметической философии» в формировании эзотерических интересов Пернети см.: Bedu J.-J. Dom Pernety (Roanne, 1716 — Avignon, 1796) et les Illuminés d'Avignon // Les Initiés. — Paris: Bouquins, 2018. — P. 617—619; тж. см. Encyclopédie Universalis, статья «Pernety».
Источник — https://wiki93.ru/index.php?title=Ленгле-Дюфренуа,_Никола&oldid=143676