Неопифагореизм

Неопифагореизм (Неопифагорейство) — философско-религиозное движение, представляющее собой возрождение и переосмысление учений древнего пифагореизма в эллинистическо-римский период (примерно I в. до н.э. — III в. н.э.). Оно характеризуется мистицизмом чисел, аскетизмом, верой в метемпсихоз (переселение душ), гармонию космоса и божественное происхождение мудрости, источником которой считался Пифагор как «божественный пророк». Неопифагореизм тесно переплетался со средним платонизмом и оказал значительное влияние на неоплатонизм, став «мостом» между древней греческой философией и поздней античностью. В отличие от оригинального пифагореизма (VI—V вв. до н.э.), который был более практическим и математическим, в неопифагореизме важную роль играл эзотеризм, теургия (божественные ритуалы) и этическая аскеза. Для легитимации новых идей в неопифагореизме часто использовались псевдоэпиграфы (поддельные тексты, приписываемые древним пифагорейцам).

Аполлоний Тианский (ок. 15?–ок. 100? н.э.), один из важнейших представителей неопифагореизма

Областью распространения неопифагорейского движения являлась уже не Греция, а итальянская территория Великой Греции, особенно Неаполь, хотя оно также процветало в Александрии Египетской. Неопифагореизм зародился в III веке до нашей эры и черпал свое начало в некоторых высказываниях, приписываемых Пифагору, а также в трудах древних пифагорейцев, таких как Архит Тарентский (между 435 и 410 годами до н.э. — между 360 и 350 годами до н.э.), Тимей Локрийский (ок. 400 г. до н.э.) и Оцелл Лукан (V в. до н.э.), в сочетании с платоновскими, аристотелевскими и стоическими доктринами.

Слово «неопифагореизм» — современный (XIX века) термин, созданный как параллель «неоплатонизму».

Учение и культ

Центральным для неопифагореизма было понятие души и присущее ей стремление к unio mystica с божественным. Неопифагорейцы подчёркивали фундаментальное различие между душой и телом. Богу следует поклоняться духовно, молитвой и волей к добру, а не внешними действиями. Душа должна быть освобождена от своего материального окружения, «грязной одежды тления», посредством аскетического образа жизни. Телесные удовольствия и все чувственные побуждения должны быть оставлены как губительные для духовной чистоты души. Бог есть начало добра, а материя — основа зла.

Неопифагореизм был попыткой вновь ввести мистический религиозный элемент в эллинистическую философию, заменив то, что стало считаться сухим формализмом. История неопифагореизма отражает эволюцию от эллинистического синкретизма (смешение греческой, восточной и платоновской мыслей) к интеграции в неоплатонизм, а затем — к влиянию на средневековую, ренессансную и современную мысль. Движение не имело формальной школы, но, скорее, было тенденцией, проявляющейся в биографиях, трактатах и псевдоэпиграфах.

Пифагорейский культ состоял из последовательных очищений и возлияний. Жертвоприношение совершалось перед общей трапезой, после которой совершалось молитвенное чтение, а затем следовала проповедь. Пифагорейцы очищали себя водой и сопровождали свои возлияния призываниями к Зевсу Сотеру, Гераклу и Диоскурам. Согласно пифагорейским правилам, жертвоприношение должно предшествовать общей трапезе. Бобы, рыба и яйца были запрещены на этой трапезе, но она включала вино, хлеб, пирожные, сырые и вареные овощи и даже мясо. После еды старший член общины выбирал текст для проповеди и просил самого младшего прочитать его.

Древние истоки: от пифагореизма к неопифагореизму (IV в. до н.э. — III в. н.э.)

Неопифагореизм возник как реакция на упадок оригинального пифагореизма после IV в. до н.э., когда школа Пифагора (основанная ок. 530 г. до н.э. в Кротоне) распалась из-за преследований и внутренних конфликтов. Учение раннего пифагореизма (Филолай, Архит Тарентский) было сосредоточено на математике как основе космоса (тетрактис — священное число 10, гармония сфер), метемпсихозе и аскетизме (вегетарианство, молчание). Аристотель в «Метафизике» описывал пифагорейцев следующим образом:

«Так называемые пифагорейцы, занявшись математикой, первые развили её и, овладев ею, стали считать её начала началами всего существующего» [1].

Возрождение пифагореизма началось в Академии Платона (IV в. до н.э.), где его последователи (Спевсипп, Ксенократ) приписывали платоновские идеи (Единая Монада и Неопределённая Диада) пифагорейцам, чтобы легитимировать их (Аристотель, Metaph. 987a29–b10). Движение неопифагореизма оформилось к I в. до н.э. в Александрии и Риме, когда друг Цицерона — Публий Нигидий Фигул попытался возродить пифагорейские доктрины в Риме, включая астрологию и магию:

«…сей муж был не просто сведущим во всех тех искусствах, в которых должен разбираться всякий образованный человек, но тонким и внимательным исследователем того, что лежит в основании природы. Наконец, именно он, как я полагаю, вернул к жизни учение тех благородных пифагорейцев, чья философия, после нескольких веков расцвета в Италии и Сицилии, впоследствии пришла в упадок» [2].

Как создатель «италийской» философии, Пифагор пользовался популярностью в Риме благодаря местному патриотизму, который подчёркивал связь римской культуры с Великой Грецией (Южная Италия), где Пифагор основал свою школу в Кротоне (ок. 530 г. до н.э.). Римляне видели в нём не просто греческого мыслителя, а «италийского» мудреца, чьи идеи о гармонии, числах и этике резонировали с римскими ценностями (например, с легендой о том, что Пифагор был учителем царя Нумы Помпилия, второго царя Рима, который якобы ввёл религиозные реформы под его влиянием; см. Овидий, «Метаморфозы» 15.1—8; Плутарх, «Жизнь Нумы» 8.2—8). Это способствовало интеграции пифагореизма в римскую интеллектуальную жизнь, особенно в период Республики и ранней Империи, когда интерес к «древней мудрости» (prisca sapientia) был высоким среди элиты.

Подземная базилика Порта Маджоре, считающаяся местом встреч неопифагорейцев

Так, к примеру, статуя Пифагора стояла в Риме, будучи воздвигнута по прямому указанию Аполлона Дельфийского (Плиний, «Естественная история» 34.26). Согласно Плинию, во время Самнитских войн (ок. 343–290 гг. до н.э.) Дельфийский оракул повелел римлянам установить в общественном месте (в Комиции, перед курией) статуи мудрейшего (Пифагор) и храбрейшего (Алкивиад) греков, чтобы обеспечить победу. Статуя Пифагора стояла до времён Суллы (ок. 82 г. до н.э.), когда её убрали для расширения сената. Это событие подчёркивало патриотический аспект: Пифагор как «италиец» помогал Риму в борьбе с самнитами (италийскими племенами). Аналогично, Цицерон отмечает [3] популярность пифагорейцев в Великой Греции. В 1915 году в Риме археологами была открыта Подземная базилика у Порта-Маджоре, где, как предполагается, неопифагорейцы проводили свои встречи.

Книготорговцы распространяли «пифагорейские» трактаты, якобы написанные Лизисом, учеником Пифагора, Теано, женой и ученицей Пифагора, другими древними пифагорейцами и даже самим Пифагором. Из политического деятеля VI в. до н. э., активного как в Малой Азии (на родном Самосе), так и в Италии (в Кротоне, где он основал школу и влиял на местную аристократию), религиозного реформатора и, возможно, учёного (хотя многие открытия приписаны ему легендарно), в глазах его позднейших последователей и почитателей Пифагор превратился в фигуру огромной величины — полубога, учителя праведной жизни, «посвящённого» (theios aner), принёсшего на греческую землю восточную мудрость (из Египта, Вавилона и Индии, по поздним биографиям). Иудейско-эллинистический богослов Филон Александрийский писал, что подлинным учителем Пифагора был Моисей, отец всяческой философии, от которого греческие философы заимствовали лучшие из своих учений [4].

Расцвет неопифагореизма приходится на I—II вв. н.э., когда ему удалось интегрировать восточные доктрины (орфизм, учения персидских магов и египетских жрецов) и элементы платоновского знания, провозгласив Пифагора «отцом философии» [5]. Важную роль в этом сыграли различные псевдоэпиграфы — поддельные тексты (ок. 150 до н.э. — 100 н.э.), такие как, например, «О природе космоса и души» псевдо-Тимея Локрского, приписывающих платоновские идеи пифагорейцам.

Климент Александрийский, раннехристианский писатель (ок. 150 — 215 гг. н.э.), в «Строматах» упоминает Пифагора и приводит сведения о нём, а пифагорейским символам (акусматам) посвящает целую главу [6]. В глазах Климента Пифагор — это мудрец и религиозный деятель, основатель тайной духовной традиции, которая корнями своими уходит в седую древность, а пифагорейская школа с самого её основания была секретным обществом. Согласно Клименту, Пифагор много путешествовал и даже «…подвергся обрезанию для того, чтобы быть допущенным в египетские храмы…» [7].

Он общался с лучшими из магов и халдеев. «А их “общий стол” означает то, что нами называется церковью» [8].

«Александр [Полигистор] в своей книге “О пифагорейских символах” говорит, что Пифагор учился у ассирийского мудреца по имени Зарат [Зороастр]» [9].

Этот нарратив Климента отражал христианскую апологетику: он представлял пифагореизм как «предхристианскую» мудрость, заимствованную из иудаизма (Моисей как источник), чтобы показать превосходство христианства над язычеством.

К III—V вв. неопифагореизм слился с неоплатонизмом через труды Порфирия и Ямвлиха, потеряв самостоятельность.

Неопифагорейцы и их работы

Аполлоний Тианский (ок. 15 — 100 гг. н.э.): наиболее известный неопифагореец, аскет и чудотворец, считавший себя реинкарнацией Пифагора. Его биография в «Жизни Аполлония Тианского» Флавия Филострата (III в. н.э.) — хагиография, описывает его «пифагорейский образ жизни» («bios pythagorikos»). Согласно Филострату, Аполлоний с молодости следовал пифагорейскому обычаю, выдержал пятилетний обет молчания, полностью воздерживался от сексуального общения и животной пищи, не носил никакой кожаной одежды, не стриг волос и полностью пренебрегал любыми материальными благами.

Модерат из Кадиса (I в. н.э.): автор большого труда «Пифагорейские учения» в 11 книгах, до наших дней не дошедшего. Платонизировал пифагореизм, рассматривая «Единое» трояко: первое Единое — превыше бытия и всякой сущности; второе Единое, которое есть истинно сущее и умопостигаемое бытие, он называет Формами; третье, или психическое Единое (= область души), причастно [первому] Единому и Формам. По мнению некоторых исследователей, эта концепция возникла у Модерата в результате соединения идей платоновских диалогов «Парменид» и «Тимей». Работы Модерата оказали влияние на Нумения и Плотина; его система стала мостом к неоплатонизму, подчёркивая роль монады как источника космоса.

Никомах Герасский (ок. 60 — 120 гг. н.э.): математик, автор «Введения в арифметику» (мистического трактата о числах как божественных сущностях) и «Руководства по гармонике». Его работы, переведённые Боэцием, повлияли на средневековый квадривиум. Никомах трактует арифметику как божественный план, заменяющий платоновские формы.

Нумений Апамейский (II в. н.э.): соединил платонизм и пифагореизм с восточными традициями (иудаизм, персидские маги). Называл Платона перевоплощённым Пифагором и писал о нём как о «Моисее, говорящем на аттическом диалекте». Триадная теология Нумения (Добро, Демиург, космос) предвосхитила неоплатонизм. Согласно Нумерию, существуют три божественные ипостаси: первая отождествляется с высшим Добром и Разумом; вторая — та, от которой берут начало Идеи, и отождествляется с платоновским Демиургом; третья — сотворённый мир, Диада, материя, подчинённая деятельности Демиурга или второго бога.

Порфирий (234 — 305 гг. н.э.): неоплатоник, автор «Жизни Пифагора», основанной на работах Никомаха и Модерата, в которой подчёркивается роль Пифагора как учителя этики.

Ямвлих (ок. 245 — 325 гг. н.э.): автор «О пифагорейской жизни» — проэкзегетический текст об аскетизме и о теургии. Также автор «Протрептика» и «Комментария к "Введению в арифметику" Никомаха», где Ямвлих трактует пифагореизм как «древнюю теологию».

«Золотые стихи»: неопифагорейская дидактическая поэма (I в. до н.э.), составленная из поучений и запретов, известных со времен древнего пифагореизма, прокомментированная Гиероклом Александрийским (V в.), содержит моральные максимы как путь к очищению души. В тексте поэмы (строки 67-68) упоминаются и другие книги, приписываемые Пифагору — «Очищения» (более никем не упоминаются) и «Избавления души».

К IV в. неопифагореизм был поглощён неоплатонизмом (Прокл, V в., в «Комментарии к "Элементам" Евклида» приписывает пифагорейцам открытия в геометрии). Влияние неопифагореизма, смешанного с неоплатонизмом, продолжалось на протяжении всего Средневековья в иудео-христианской мудрости сабеев, арабов Джабира ибн Хайяна (псевдоним Гебер, около 780 г.) и аль-Кинди (796 — 873 гг.).

Неопифагореизм в Средние века и в эпоху Возрождения

С эпохи поздней античности сложилась интерпретация, возводившая пифагорейскую мудрость к орфическим таинствам. В эпоху Возрождения Джованни Пико делла Мирандола в «900 тезисах» (1486) обратил внимание на зависимость пифагорейской нумерологии от орфической, видя в ней универсальную древнюю мудрость, подтверждающую христианство. Однако поздневизантийский философ-неоплатоник Георгий Гемист Плифон (1355 — 1452) в трактате «Законы» выстроил свою генеалогию, начиная с Зороастра, которому наследовали другие мыслители вплоть до Пифагора, Платона и неоплатоников. Плифон подчёркивал, что пифагореизм — часть цепи богословской традиции, хранителей сокровенной божественной мудрости, где числа — ключ к пониманию космоса. В период неоплатонизма пифагореизм ассоциировался с числовой структурой космоса, поэтому в поздней античности и Средние века интерес к числовому символизму (например, у Боэция в «Утешении философией» или у Аделарда Батского в трактатах по арифметике) был достаточным основанием для именования мыслителей «пифагорейцами». Этот подход отражал восприятие пифагореизма не как строгой школы, а как универсального метода гармонизации мира через числа и пропорции.

Обе генеалогии пифагорейской мудрости — ту, которая связывала её с библейским откровением (или непосредственно, или через египтян, как в неоплатонических традициях), и ту, которая находила истоки в древнеязыческой традиции (орфизм, зороастризм), — свёл в одну итальянский философ и теург Марсилио Фичино (1433 — 1499). Он предложил шестичастную схему развития «единой и повсюду согласной с собой школы древнего богословия», где пифагореизм интегрировался в преемственность от Зороастра к Платону. В предисловии к комментариям на Плотина (1490) Фичино, подводя итог многолетним размышлениям, писал:

«Словом, не без вмешательства божественного провидения... произошло так, что некая благочестивая философия зародилась некогда у персов при Зороастре, а также у египтян при Гермесе, и в том, и в другом месте согласная с собой; затем была вскормлена у фракийцев при Орфее и Аглаофеме, после этого окрепла у греков и италийцев при Пифагоре и, наконец, доведена до совершенства у афинян божественным Платоном».

Таким образом, Пифагор был выведен в ряду других богословских авторитетов древности как представитель «некой благочестивой философии», которую унаследовал от него (в более ранних версиях — от его ученика Филолая) и усовершенствовал Платон. В более ранних вариантах схемы (например, в письмах 1470-х) Фичино подчёркивал роль Пифагора как посредника между восточной мудростью и греческой философией. Эта идея отражала гуманистический поиск универсальной истины, где пифагореизм служил мостом между язычеством и христианством. Фичино видел в Пифагоре прообраз христианского мудреца, чьи числа символизировали божественную гармонию, подобную Троице.

Первые сведения о Пифагоре, его учении и последователях, а также приписывавшиеся ему цитаты, сохранённые античными авторами, стали широко доступны после того, как в 1433 году Амброджо Траверсари завершил перевод с греческого на латынь труда Диогена Лаэртского «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов». Это стимулировало интерес к аутентичным пифагорейским текстам. Вскоре развился необыкновенный интерес к тому, что считали собственно писаниями Пифагора. В 1443 году Ринуччо Аретино перевёл «Золотые стихи» (Carmina aurea), приписываемые Пифагору, но на деле представляющие компиляцию пифагорейской школы эллинистической эпохи (этот перевод был посвящён Пьетро Чекко Паоло). В 1454 году Джованни Ауриспа выполнил новый перевод «Золотых стихов» вместе с комментарием к ним Гиерокла, посвятив его папе Николаю V (издано в 1474 году в Падуе). Опираясь на перевод Ауриспы, своё переложение этого семидесятистрочного произведения сделал Фичино (не позднее 1462 года). Вместе с ним он создал латинскую версию «Символов Пифагора» («Symbola Pythagore»), или «Знаков» («Акусм»).

Оба перевода были преподнесены покровителю Фичино — Козимо Медичи. «Золотые стихи» были переведены Фичино ещё раз, а «Символы» — ещё дважды. Он использовал оригинальные греческие тексты из трактата Ямвлиха «О пифагорейской жизни». Последняя латинская версия этих пифагорейских писаний в исполнении Фичино была опубликована в Венеции у Альда Мануция в 1497 году под заглавием «Золотые словеса Пифагора. Его же символы» («Pythagorae aurea verba. Eiusdem symbola»). Скорее всего, Фичино принадлежит также краткое пояснение к некоторым пифагорейским символам, сохранившееся в рукописи и впервые опубликованное историком и философом Паулем Оскаром Кристеллером (1905 — 1999) в 1937 году. Лейтмотивом этого толкования является характерная для идеологии флорентийской Платоновской академии мысль о сущностном единстве пифагорейского учения и Ветхого Завета. По-видимому, сразу после завершения фичинянского переложения на его основе был выполнен к концу 1462 года ещё один перевод пифагорейских трудов, главным образом «Золотых стихов» и уже на итальянский язык Леоном Баттистой Альберти (1404 — 1472) под названием «Пифагорейские речения» («Sentenze pitagoriche»). Однако Альберти, предназначая свой труд в качестве рождественского подарка племянникам, сделал, скорее, не точный перевод пифагорейских текстов, а их парафразы, добавляя в них по собственному усмотрению сентенции морального характера или, наоборот, приглушая откровенно языческие мотивы некоторых фрагментов, как, например, призывы к богам, героям, демонам.

После Фичино «Символы» на латынь переводили Филиппо Бероальдо (145З — 1505) и Николай Скутеллий. Ещё до перевода пифагорейских стихов и символов, скорее всего, во второй половине 1450-х годов, Фичино сделал переложение труда Ямвлиха «О пифагорейской жизни» (в четырёх книгах), содержащего свод всей системы позднеантичного пифагореизма, а также преданий о пифагорейском братстве и принятых в нём норм общения и поведения. Переложение это следует греческому оригиналу слишком буквально. Существуют два его списка, один из которых принадлежал Джованни Пико делла Мирандола; впервые оно было опубликовано Альдом Мануцием в 1497 году в Венеции. По утверждению Фичино, Пифагор, как Сократ, Платон и иные представители «благочестивой философии» древности, благодаря одной лишь «естественной способности суждения» смог самостоятельно постичь то же, что предписано Моисеевыми законами, в частности, культ единого Бога и устои нравственной жизни. За это они, даже не будучи крещёны, избежали царства мёртвых и оказались в лимбе в ожидании прихода Мессии. Из моральных наставлений, реализацию которых давняя традиция находила в пифагорейском братстве, ренессансные гуманисты особенно подчёркивали правило общности, установленное, как указывал Фичино, Пифагором для друзей, а Платоном для граждан. В нём находили восстановление Божьей правды, долгое время преданной забвению людьми, предвосхищение того совершенного человеческого общежития, которое заповедовал Христос людям.

На этой тождественности пифагорейских и христианских социальных идеалов особенно настаивал Эразм Роттердамский (1466 — 15З6) в сборнике «Адагий». Комментируя поговорку «у друзей всё общее», он писал:

«Пифагор был не только автором изречения, но и творцом такого рода общности жизни и имуществ, каковую Христос желал ввести среди христиан. Ведь каждый, кого он, Пифагор, принимал в число своих учеников, отдавал в общее распоряжение деньги и имение, какими кто владел; это в полном смысле римского слова зовётся Koinoßion, или ценобиум (coenobium) — конечно же, от общности жизни и имуществ».

Приписывая Пифагору это изречение, во введении к «Адагиям» Эразм замечал:

«Если кто с тщанием и глубже осмыслит пифагорейское “у друзей всё общее”, то, нет сомнений, он поймёт, что в столь кратком речении заключена вся суть человеческого счастья. И разве Платон в стольких сочинениях не склоняет к общности и созидателю её — дружбе... Разве что-нибудь иное имел в виду основоположник нашего вероучения Христос?»

Не иначе, как литературные проекции пифагорейского принципа общности, распространённого на все аспекты жизни социума, следует рассматривать сочинение друга Эразма, английского философа и ученого Томаса Мора (1478 — 1535), его знаменитую «Утопию», а равно и близкий по замыслу проект Томмазо Кампанеллы (1568 — 1639) «Город Солнца». Черты целостной системы ренессансный пифагореизм приобрёл только у Иоганна Рейхлина, горделиво заявлявшего:

«Марсилио [Фичино] выпустил Платона в Италии; Лефевр д’Этапль вернул Аристотеля галлам; я пополню это число, ибо я, Капнион [Рейхлин], явлю немцам Пифагора... мной возрожденного».

Следуя мысли Пико делла Мирандола о сходстве положений пифагорейского учения и Каббалы, во второй книге главного своего труда «О каббалистическом искусстве» (1517) Рейхлин развернул аргументацию в пользу отождествления этих двух систем. Он находил их общность в учениях о двух мирах, о Мессии, о переселении (странствии) душ. Широкий отклик в философско-богословской мысли позднего Возрождения получила «пифагорейская» нумерология Рейхлина, находившего в числе высшее выражение тайн творения и мира: Бог, Единство, есть начало числа, два мира — первое число, вместе они образуют Троичность, за которой следует Четверица; божественный характер имеет и Десятка, объемлющая и пронизывающая всё: у человека 10 пальцев; мир вращается в 10 сферах; вслед за Пифагором, Аристотель выделил 10 категорий бытия. После Рейхлина «пифагорейскую» философию числа использовали Агриппа Неттесгеймский, Франческо Цорци (1337 — 1388), Джон Ди, Джордано Бруно, Томмазо Кампанелла.

Новое время и научная революция (XVII–XIX вв.)

В Новое время (XVII-XIX вв.), под влиянием ренессансного гуманизма, неоплатонизма и научной революции, неопифагореизм эволюционировал от мистики к рационализму. Неопифагорейцы Нового времени видели в числах божественный порядок космоса, интегрируя идеи в науку, философию и оккультизм. Это направление не образовывало строгих школ, но проявлялось в работах мыслителей, где пифагорейские принципы (например, тетрактис как символ полноты) служили основой для космологии и этики. В XVII в. оно повлияло на раннюю науку (Кеплер, Ньютон), в XVIII в. — на Просвещение и масонство, в XIX в. — на романтизм и теософию. Элементы пифагореизма интегрировались в масонские ложи, розенкрейцерские ордена и теософские кружки. Например, в масонстве (с XVIII в.) числа и гармония символизировали братство, а в розенкрейцерстве (XVII в., манифесты 1614—1616) — алхимическую трансмутацию.

В 1844 году в Лондоне было основано «Общество Пифагора» («Pythagorean Society»), посвящённое изучению и популяризации идей Пифагора, включая его математические открытия, этические принципы и мистическую философию (гармония чисел, метемпсихоз, аскетизм). Общество насчитывало 20—50 членов, включая женщин, что было редкостью для той эпохи. В 1845—1847 гг. «Общество Пифагора» издавало бюллетени с эссе о Пифагоре как «отце математики». К 60-м гг. XIX века Общество прекратило свою работу.

Влияние на науку

Такие выдающиеся ученые, как Кеплер (как «последний великий пифагореец») и Ньютон видели в пифагорейской математике божественный порядок. Иоганн Кеплер (1571 — 1630) в «Гармонии мира» (1619) интерпретировал планетные орбиты как пифагорейскую «музыку сфер», где числа и пропорции отражают гармонию Бога. Исаак Ньютон (1643 — 1727) в неизданных работах изучал пифагорейские числа как основу гравитации и алхимии, видя в них «древнюю мудрость». Это влияние способствовало переходу от мистики к эмпирической науке, где числа стали инструментом описания природы (например, в математической физике).

Влияние на оккультизм

В оккультной традиции теософия и масонство черпали из неопифагорейских символов (числа, гармония). Елена Блаватская (1831 — 1891) в «Тайной доктрине» (1888) интегрировала пифагорейские идеи в теософию, видя в тетрактисе символ эволюции космоса и реинкарнации. Масонство (с XVII в.) использовало пифагорейские числа в ритуалах (например, 3-4-5 как символ гармонии), а розенкрейцерство — для алхимии. В некоторых масонских легендах утверждалось, что Пифагор основал первую масонскую ложу в Кротоне [10].

В XIX в. эти представления повлияли на оккультные ордена, такие как Золотая Заря (1888), где пифагорейская нумерология связывалась с Таро и магией.

Современность (XX–XXI вв.): эзотерика и академическое изучение

В XX—XXI вв. неопифагореизм оказывает заметное влияние на New Age (мистические числа в астрологии, гармония в музыке), философию (в математическом платонизме) и поп-культуру (символы в масонстве, теософии).

В современном мире существуют организации, которые можно считать наследниками пифагорейских традиций или вдохновлёнными ими. Обычно они заимствуют такие пифагорейские идеи как гармонию, дружбу, нумерологию, этику и аскезу. Эти группы часто сочетают пифагореизм с масонскими, теософскими или филантропическими идеями.

Современные пифагорейские ордена и общества

Италийская Пифагорейская Школа

Амедео Рокко Арментано

В начале XX века в Италии возникло одно из наиболее ярких и влиятельных неопифагорейских движений Нового времени — Schola Italica Pythagorica (Италийская Пифагорейская Школа). Её основал 18 декабря 1923 года Амедео Рокко Арментано (1880 — 1966) — неаполитанский оккультист, масон и самопровозглашённый хранитель «древнеримской пифагорейской традиции». В основании общества также участвовал Артуро Регини. Как утверждал Арментано, он принадлежит к непрерывной цепи посвящения, ведущей от Пифагора через средневековые тайные общества к современности. Школа была официально основана около 1910—1912 годов в Риме (по другим данным — в Калабрии или Неаполе) и действовала в строжайшей секретности: члены принимали инициатические имена, носили белые одежды и практиковали ритуалы, вдохновлённые античными мистериями. Собрания школы проходили в башне Талао (город Скалеи на побережье Калабрии).

Арментано учил, что истинная мудрость опирается на две колонны:

Пифагор — символ математической гармонии, этики и «италийского духа»;

Гермес Трисмегист — символ герметизма, магии и египетско-эллинистической традиции.

Эта идея напрямую отсылает к описанию Ямвлиха в трактате «О египетских мистериях» (III—IV вв.), где две колонны мудрости (египетская и греческая) символизируют универсальное знание, а также к иллюстрациям в рукописи Кука 1420 года (MS Cooke, British Library), где изображены колонны с символами Пифагора и Гермеса.

Главным учеником и преемником Арментано стал Артуро Регини (1878 — 1946) — римский математик, масон высокой степени (33° Древнего и Принятого Шотландского устава) и автор трудов по пифагореизму («Le parole sacre di Pitagora», 1923; «La tradizione pitagorica», 1935). Регини развил идею «римского пифагореизма» как национальной духовной традиции, противопоставляя её «восточному» и «иудейскому» влиянию. В 1920-х годах он, совместно с Юлиусом Эволой (1898 — 1974) и Джулио Паризе (1902 — 1980), основал эзотерическое объединение Gruppo di Ur (Группа Ур). Название «Ur» отсылает к древнему шумерийскому городу и к корню «огонь» (итал. fuoco) — символу духовного очищения.

Ur Group действовала в 1927—1929 годах в Риме и Милане. Группа издавала журналы Ur (1927—1928) и Krur (1929), где публиковались ритуальные практики, медитации, эссе по магии, алхимии, каббале и пифагорейской нумерологии. В неё входили около 20—30 интеллектуалов: масоны, теософы, антропософы и независимые оккультисты (среди них — Антонио де Куртис, отец комика Тото; с группой переписывался Рене Генон). Практики включали:

коллективные ритуалы на основе пифагорейских чисел и герметизма;

медитации на «внутренний огонь»;

эксперименты с «магической цепью» (групповой энергетикой).

После 1929 года группа распалась: Регини отошёл от активной деятельности, Эвола увлёкся политикой и традиционализмом, Паризе продолжил в масонстве. Наследие Ur Group повлияло на итальянский традиционализм, неоязычество и современные эзотерические круги (включая эволианские общества и неопифагорейские группы в Европе). Schola Italica формально существует до сих пор в очень закрытом виде, сохраняя ритуалы и инициатическую цепь.

Итальянский философский устав

В 1909 году интеллектуалы, объединившиеся вокруг Schola Italica Pythagorica (Арментано, Регини и другие), основали во Флоренции Итальянский философский устав, идейную основу которого, наряду с герметизмом и неоплатонизмом, составлял пифагореизм с его учением о числе как основе мироздания и строгой дисциплине духа. Масонские правила устава были изменены: вместо Библии в храмах лож должны были стоять экземпляры «Золотых стихов» Пифагора, символизируя приоритет античной мудрости. Всего в работе Итальянского философского устава принимали участие примерно 20—30 человек. Устав действовал в 1909—1919 годах, проводя ритуалы во Флоренции и Риме. Устав был возрождён в ноябре 1999 года благодаря усилиям Микеле Морамарко — известного масонского историка.

Универсальная Пифагорейская Академия

В 2010-х годах в Калабрии (регион Кротона — родины Пифагора, Италия) группа итальянских масонов, вдохновлённых работами Артуро Регини и Амедео Рокко Арментано, учредила Универсальную Пифагорейскую Академию (Accademia Pitagorica Universale), которую возглавил историк масонства Микеле Морамарко. В 2023—2024 годах Академия подписала более 20 договоров о дружбе и взаимном признании с другими масонскими орденами (в Италии и за рубежом, включая Бразилию, Румынию, Африку и Португалию). Она интегрирована с Суверенным Святилищем Мемфис-Мицраим (египетский масонский ритуал) и Суверенным Капитулом Философского Устава Адриатики, выдавая патенты на создание территориальных академий. В структуру Универсальной Пифагорейской Академии интегрирован Пифагорейский Философский Устав (Rito Filosofico Pitagorico), представляющий собой современную адаптацию Итальянского Философского Устава. Устав сочетает символические степени масонства с пифагорейской нумерологией и этикой.

Герметический Четырежды Величайший и Мистический Орден

9 мая 1927 года в Брюсселе, Бельгия глава «Ordre Rose+Croix Universelle» (Всемирного Ордена Розы и Креста) Эмиль Дантен (псевдоним Сар Иероним, 1884 — 1969) основал Пифагорейский орден (Ordre Pytharoricien), который в 1932 году был переименован в Герметический Четырежды Величайший и Мистический Орден (Ordre Hermetiste Tetramegiste et Mystique, O::H::T::M::). Заместителем Дантена был Жан Маллинжер (Jean Mallinger, 1904 — 1982, псевдоним Сар Эльгрим); руководитель бельгийской ветви масонского Устава Мемфис-Мицраим, автор книг о Пифагоре («Пифагор и мистерии», 1944; «Эзотерические тайны пифагорейцев», 1946), адвокат при Апелляционном суде Брюсселя, воинствующий социалист-антиклерикал, которого приобщил к оккультизму Сар Иероним в его бытность студентом факультета права в Университете Лувена.

Эмиль Дантен и Жан Маллинжер

Целью ордена было заявлено духовное просветление через «восстановление древней пифагорейской школы». Ритуалы включали медитации на числах, символы (Роза и Крест) и «магическую цепь» (групповую энергию). В 30-х годах Дантен поручил руководство O::H::T::M:: Франсуа Сетвею (François Soetewey, псевдоним Сар Саккус).

Жан Маллинжер, «Эзотерические тайны пифагорейцев»

Во время Второй мировой войны O.H.T.M. был запрещён нацистами как оккультная организация. В 1953 году Дантен вышел из руководства ордена и рукоположил Жана Маллинжера во главе Пифагорейского ордена. В 1955 году, с благословения Дантена, O::H::T::M:: разделяется на два отдельных ордена, остававшихся в дружеских отношениях: Ordo Hermetis Trismegisti .'., включающий в своё учение христианскую философию, и Ordo Hermes Tetramegistos ::, основанный на языческой античной традиции. В 1958 году ORA (Ordo Rosae Aurae) принимается в качестве немецкой юрисдикции Пифагорейского Ордена. В 1981 году немецкий главный инструктор наследует руководство как ORA, так и O::H::T::M::. В 1995 году руководство ORA, O::H::T::M::, а также другие его глобальные юрисдикции переносятся в Бельгию. В декабре 1998 года начинается создание Пифагорейского Ордена в Греции как филиала O::H::T::M::.

В 2003 году ORA и O::H::T::M:: разделились на независимые Ордена, сохранив при этом взаимные дружеские отношения. В то же время сменился Главный Наставник Международного Ордена, и штаб-квартира O::H::T::M:: переместилась во Францию. В октябре 2014 года Греческий Филиал O::H::T::M:: стал полноправным отделением, то есть получил постоянную Автономию и стал Автаркией. В октябре 2016 года греческое отделение O::H::T::M:: было переименовано в T::E::T::M:: (Tagma Ermeas TrisMegistos) и объявило о своей независимости от O::H::T::M::.

Орден Рыцарей Пифия

Наиболее заметной современной организацией, напрямую вдохновлённой пифагорейскими идеалами, является «Орден Рыцарей Пифия» («Order of the Knights of Pythias»), основанный в 1864 году в Вашингтоне (Округ Колумбия, США) Джастусом Х. Рэтбоуном (Justus H. Rathbone, 1838 — 1889) как братство, ориентированное на дружбу, благотворительность и взаимопомощь. Рэтбоун, служащий в казначействе США и учитель, вдохновился пьесой (написана в 1821 г.) ирландского поэта Джона Бейнима (1798 — 1842) о легендарной дружбе Дамона и Пифия — двух пифагорейцев из Сиракуз (IV в. до н.э.), символизирующей верность и честь (Дамон предложил себя в заложники за Пифия).

Сертификат члена ордена Рыцарей Пифии, 1890 г.

Первая ложа («Washington Lodge №1») была учреждена 15 февраля 1864 года, в неё вошли 13 членов. «Рыцари Пифия» стали первой братской организацией, получившей устав в соответствии с актом Конгресса США. В настоящее время орден имеет отделения в США, Канаде и других странах. Общая численность составляет несколько тысяч членов; орден занимается благотворительностью (помощь больным, образование) и ритуалами, вдохновлёнными пифагорейскими принципами (гармония, моральные уроки через числа и символы). Орден построен на трёх столпах: Дружбе (Friendship), Благотворительности (Charity) и Благожелательности (Benevolence). Ритуалы и наставления основаны на истории Дамона и Пифия, подчёркивая пифагорейские идеалы лояльности, чести и братства. Структура ордена включает:

Высший совет, штаб-квартира в Лос-Анджелесе, Калифорния.

Великие ложи на уровне штатов / провинций.

Подчинённые ложи в городах; более 2000 в США, Канаде, Европе.

Внутри ордена существует молодёжное подразделение — «Орден рыцарей Пифагора» («Order of the Knights of Pythagoras»), предназначенный для мальчиков 9–20 лет.

Первоначально членство в организации было доступно только белым мужчинам, начиная с 18 лет. Афроамериканцы создали собственную организацию — «Рыцари Пифии Северной Америки, Южной Америки, Европы, Азии, Африки и Австралии». В 2003 году орден насчитывал более 2000 лож в США и по всему миру, а общее число его членов превышало 50 000. Некоторые ложи собираются в сооружениях, называемых Пифийскими замками.

Общество Пифагора

В 1976 году было основано «Общество Пифагора» (англ. «The Pythagoras Society»), ставящее своей целью изучение жизни, творчества и влияния этого греческого философа и математика. Стать членом общества можно только по приглашению. В настоящее время Общество Пифагора насчитывает около 300 членов по всему миру. Общество проводит ежегодные симпозиумы.

Примечания

1. Metaph. 985b23-986a22.

2. Цицерон, предисловие к переводу Тимея, 1.

3. Tusc. 5.3.8-9.

4. Philo, De Opificio Mundi 8; Legum Allegoriae 1.108.

5. Гераклид Понтийский, Fr. 87–88 Wehrli.

6. Strom. V, 5.103-104.

7. Strom. I, 15.3.

8. Strom. I, 66.2.

9. Strom. I, 69.6-70.1.

10. Уэйт, А.Э. Новая энциклопедия масонства. — СПб.: Лань, 2003. — (Мир культуры, истории и философии). — С. 182.