Тувалкаин
Тувалкаин, также Тубал-Каин (евр. תּוּבַל קַיִן, Tūbal-Qayin) — библейский персонаж (Быт. 4:22), потомок Каина в седьмом колене, сын Ламеха и Циллы, единоутробный брат Иавала и Иувала, родной брат Наамы. Книга Бытия именует его «ковачом всех орудий из меди и железа», то есть первым в человеческой истории кузнецом и оружейником. Образ Тувалкаина используется в некоторых масонских ритуалах, в частности, как пароль при переходе из степени Подмастерья в степень Мастера; в иудейской мистике он рассматривается как фигура, связанная с демоническими силами и клипой Ораб Зерек, а в алхимической традиции — как один из легендарных основателей искусства.
Этимология имени
Имя Тувалкаин (תּוּבַל קַיִן) истолковывается в иудейской традиции несколькими способами. Согласно Раши, крупнейшему средневековому комментатору Торы,
«[имя Туваль-Каин означает, что] он совершенствовал ремесло Каина, [слово] туваль образовано от тавлин — „приправа“; он доводил до совершенства ремесло Каина, изготовляя оружие для убийц» [1].
Исследователь оккультизма Робер Амбелен предлагает иное прочтение, опирающееся на работы Роберта Эйслера:
«Благодаря расшифровке письмен, частично иероглифических, частично семитических, покрывавших стены храма Хатор-Астарты, царицы зелёного камня порфира, располагавшегося в Серабите, в самом сердце этого карьерного района, Роберт Эйслер сумел установить, что в ту эпоху в той области наименование каинитов („каиним“, „бени-кеним“), или кенитов, применялось к полукочевой племенной касте кузнецов; слово „каин“ и означает „кузнец“, буквально „тот, кто раздувает [горн]“. А слово Тувал, или Табала, происходит от слова „тубала“ — „[металлическая] стружка“, и отсюда происходит наименование тувал-каинитов, племенной группы, кочевавшей по Аравии и специализировавшейся на обработке металлов, в первую очередь, бронзы. Отсюда интересно было бы разобраться в термине кайенна, которым называли орденское здание, или ложу, наши древние собратья — члены компаньонажей, ведь чисто фонетически здесь не могло обойтись без корня каин» [2].
В этом Амбелен развивает мысль Рене Генона, изложенную в его работе «Царство количества и знамения времени»:
«Что касается этого отношения к „подземному огню“, то явное сходство имён Вулкан и Тувалкаин из Библии представляется особенно значимым; оба к тому же представлены как кузнецы; а по поводу кузнецов мы добавим, что эта ассоциация с „инфернальным миром“ достаточно хорошо объясняет то, что мы говорили выше о „зловещей“ стороне их профессии. Кабиры, с другой стороны, также будучи кузнецами, имели и земной, и небесный аспекты, что ставило их в отношение и к металлам, и к соответствующим планетам» [3].
Это сближение Тувалкаина с римским богом Вулканом (греч. Гефестом) — давняя тема масонской и оккультной литературы; о Гефесте Генон далее замечает, что и тот, и другой связаны с «подземным огнём» как образом скрытых, порой «инфернальных» сил преображения материи.
Возможно, особое восприятие имени Тувалкаина связано ещё и с тем, что еврейское слово «лотеш» (לוֹטֵשׁ), которым в Быт. 4:22 определяется его занятие, можно перевести не только как «ковач», но и как «точильщик»: иудейские толкователи полагали, что потомки братоубийцы Каина возвели его преступление в статус профессии, научившись изготовлять и затачивать орудия убийства и войны. Замечание о «латуни», встречающееся в некоторых английских переводах Библии, опирается на устаревшее прочтение еврейского нехошет (נחושת — «медь»); сплав, который принято называть латунью (медь + цинк), исторически появляется существенно позже эпохи, описываемой в Книге Бытия.
Тувалкаин в Библии и иудейской традиции
Древний иудейский историк Иосиф Флавий пишет о Тувалкаине достаточно нейтрально:
«Товел (Тубалкайн) же, один из сыновей другой жены, превосходя всех других [братьев] силою своею, особенно усердно занялся военным искусством, доставая себе при помощи его всё, способствовавшее физическим его удовольствиям, и первый изобрёл кузнечное ремесло» [4].
Со Средневековья, однако, многие иудейские и каббалистические авторы стали видеть в Тувалкаине демоническую или амбивалентную фигуру. Раши пересказывает аггадическую традицию, согласно которой Тувалкаин стал косвенной причиной смерти своего предка Каина и сам был убит своим отцом:
«[Жёны] сторонились его [Лемеха], опасаясь вступать с ним в близость, ибо он убил и Каина, и своего сына Туваль-Каина. Лемех ослеп, а Туваль-Каин был его поводырём; однажды он увидел Каина, но принял его за зверя, велел отцу натянуть [тетиву] лука, и тот [по ошибке] убил [Каина], а узнав, что это [был] Каин, его пращур, [Лемех в отчаянии с такой силой] всплеснул руками, что [сослепу] прибил и сына» [5].
В «Сефер Зогар» и связанной с ним каббалистической литературе Тувалкаин рассматривается как порождение того же «нечистого семени», что и сам Каин — семени Змея-Самаэля, которое тот, согласно ряду каббалистических преданий, вложил в Еву. В антологии «The Wisdom of the Zohar», составленной и прокомментированной Исайей Тишби (1908—1992), приводится следующий фрагмент:
«После того, как змея легла с Евой и отравила её грязью, она зачала Каина. Отсюда исходят все злые поколения мира, и поколения демонов, и духов со всеми их особенностями. Поэтому духи и демоны наполовину подобны людям и наполовину подобны ангелам небесным. Точно так же, когда духи были порождены Адамом, они имели половину человеческую и половину ангельскую. После того как они были порождены Адамом, он породил от них дочерей, имевших красоту верхних и низших миров. Поэтому написано: „сыновья Бога видели дочерей человека и их красоту…“ (Быт. 6:2), — и все они сбились с пути через них. И был один мужчина, кто вошёл в мир от духа Каина, и назвали его Тубал-Каин. И была женщина с ним, и люди сбивались с пути через неё, и её имя было Наама. От её духов и демонов появлялись новые, и они пребывали в воздухе, давая информацию другим, тем, кто был ниже их. Этот Тубал-Каин принёс оружие войны в мир. И Наама производит грохот и разрушение, и она жива до сих пор. И её дом — в прибое большого моря, и она выходит, чтобы насмехаться над человеком, становится страстной во снах и желаниях человека. Она берёт эту страсть и зачинает через неё, и рождает демонов в мир. Сыновья, которых она являет смертным людям, входят к женщинам человеческим, и они зачинают от них, и рождают духов» [6].
Согласно «Зогару», Наама — сестра Тувалкаина — тождественна женскому демоническому архетипу, родственному Лилит, и от соития Тувалкаина с ней рождается, по ряду преданий, демон Асмодей.
Каббалист Юсуф аль-Хамдани (Персия), живший в Испании около 1500 г., утверждает:
«Почему было дано ему имя Туваль-Каин? Потому что иногда Шехина облекала его, а иногда он оставался один. Когда Шехина облекала его, его звали Туваль-Каин, ибо в этот момент он был приведён (муваль) к Царю с весельем и радостью, и потому тогда его называли Туваль-Каин. Когда же он оставался один, его называли просто Каин. Таков смысл имён Каин и Туваль-Каин» [7].
Двойное имя, таким образом, указывает на два состояния, переживаемые одной сущностью: взаимоотношения с одной или даже двумя сверхъестественными силами — Малкут (Шехиной) и Тиферет, с одной стороны, и отделение от Шехины — с другой. Как пишет Моше Идель,
«Рассмотрим ещё один уровень интерпретации имени Туваль-Каин. По мнению того же каббалиста [Йосефа из Хамадана], Цила, мать Туваль-Каина, родила своего сына „посредством демонических сил“, а потому „он был носителем убийства, подобно Каину и Авелю, и он есть дурное начало, и он принёс ненависть в этот мир, ибо люди нуждаются в оружии“ — чтобы сражаться друг с другом. Таким образом, Цила, олицетворяющая Шехину, дала жизнь демонической силе, вызвавшей бесконечную вражду во всём мире. Не имея ничего общего с гармоничным единением Шехины и Царя, имеющим место в высших мирах, Туваль-Каин становится источником насилия в подлунном мире. Таков результат пагубной связи Шехины с демоническими силами» [8].
Каббалистическая традиция относит Тувалкаина к «левой» (женской и демонической) стороне бытия и связывает с клипой Ораб Зерек — «вороны рассеяния», соответствующей сефире Нецах в перевёрнутом виде.
Образ кузнеца в христианской традиции
В средневековой христианской традиции профессия кузнеца нередко связывалась с дьяволом и подземным огнём. В некоторых трактатах Ад изображался в виде гигантской кузницы или множества кузниц, где души грешников расплющиваются молотами на наковальнях. Основанием для такого образа стал, в частности, стих из Книги пророка Исайи:
«Вот, Я сотворил кузнеца, который раздувает угли в огне и производит орудие для своего дела, — и Я творю губителя для истребления» (Ис. 54:16).
Особенно развёрнуто кузнечная тематика представлена в средневековых «видениях» — например, в «Видении Тнугдала» (XII в.):
«Кузнечная тема (кузницы, наковальня, молот, железные клещи, мехи) наиболее развита в главе и видения Тнугдала: "И, идя далее с большим утомлением, пришли в долину и, увидев много кузниц, из коих раздавалось великое воздыхание, сказала душа: 'Слышишь ли ты, господин мой, то, что я слышу?' Он отвечал: 'Слышу и знаю'. И душа [спросила]: 'Как называется эта казнь? — Этот мучитель, — молвил ангел, — именуется Вулканом, из-за хитрости коего многие пали и, павши, им же истязуются'. И сказала душа: 'Должна ли и я, господин мой, терпеть его истязания?' — Он же отвечал: 'Должна'. И, сказав сие, шёл впереди; она же плача следовала за ним. Когда они приблизились, то набросились на них мучители с раскалёнными клещами и, ничего не говоря ангелу, схватили душу и, сжавши, бросили в пылающий огонь печи и, раздувая мехи, как делают для испытания железа, испытывали до тех пор, пока не обратилось в ничто всё множество душ, там сжигаемых. Когда они настолько расплавились, что не осталось ничего кроме жидкости, их стали колоть железными трезубцами и, положив на наковальню, ударять молотами, пока по двадцати, по тридцати или по сотне душ не были сбиты в одну массу; и всё-таки — что всего горше — они не погибали: желали смерти и не могли найти"» [9].
«Вулкан» в этом тексте — прямое продолжение античного образа бога-кузнеца, которого средневековая мысль легко идентифицировала с Тувалкаином как «отцом всех ковачей».
Тувалкаин в масонстве
Тувалкаин упоминается в одном из старейших дошедших до нас масонских документов — Манускрипте Мэтью Кука (англ. Cooke Manuscript, датируется приблизительно 1410—1450 гг., впервые опубликован масонским исследователем Мэтью Куком в 1861 г.). Согласно Артуру Эдварду Уэйту,
«В начале рукописи прославляются свободные науки, особенно геометрия, из которой произошло масонство, и основателем его называется уже не Евклид, а Иувал из сыновей Ламеха. Иувал изобрёл музыку, кузнечное же и прядильное искусство — соответственно Тувал, Каин и Ноема. О Тувале говорится, что он начертал все науки на двух столпах, и здесь мы впервые сталкиваемся с масонским заимствованием из тайной традиции Израиля, хотя иудейская история о Двух Столпах Знания обычно соотносится с Енохом» [10].
Таким образом, уже в раннем масонском «учебнике традиционной истории Братства» (по выражению самого Кука) Тувалкаин фигурирует не как зловещая, а как культурогенная фигура — изобретатель ремесла, которое позднее преобразуется в «королевское искусство» каменщиков. С образованием в XVIII веке системы спекулятивных степеней Тувалкаин закрепляется в обрядовой ткани масонства уже более конкретно. Так, по словам Сергея Карпачёва,
«[Тувалкаин], по легенде, спас Хирама во время покушения на него, когда тот едва не утонул в расплавленной меди, и посвятил его в тайны королевского искусства. В Ритуале Эмулейшн — проходное слово при переходе из 2-го в 3-й градус» [11].
Как сообщает Мэнли Холл,
«в одной из каббалистических масонских легенд Хирам Абифф получил от своего предка Тубал-Каина молоток в форме Тау» [12].
Другими словами, речь идёт о том самом молоте, который оказался в роковую минуту орудием убийства Мастера-строителя. Тау-крест в данном случае связывает Тувалкаина с древнейшей символикой «знака жизни», восходящей через египетского Тота и анх к универсальному символу избавления.
Рукопожатие новопосвящённого в степень Мастера в масонстве так и называется — «Тувалкин»:
«Во время этого ритуала новопосвящённый в Мастера прижимает большой палец к впадине между костяшками среднего и безымянного пальцев Брата по Ремеслу. Тот отвечает ему тем же» [13].
Само слово «Тувалкин» используется в Древнем и принятом шотландском уставе (ДПШУ) и ряде других уставов как «проходное слово» (англ. pass-grip word) — кратчайшее условное наименование, которым новопосвящённый Мастер удостоверяет свою степень при контакте с другим масоном-Мастером в ложе.
Тувалкаин в алхимии
Некоторые авторы видели в Тувалкаине легендарного основателя алхимической традиции. Так, по сообщению Ю.Ф. Родиченкова,
«Автором, внесшим серьёзный вклад в изучение истории алхимии, был Оле Борх (1626—1690), датский алхимик и врач. Он написал специальное исследование "Диссертация о рождении и развитии химии". Происхождение алхимии О. Борх связывает с деяниями библейского Тувалкаина (Фовела), сына Ламеха из рода Каина, и Циллы, положившего начало не только "королевскому искусству", но и кузнечному делу. Тувалкаин "был ковачом всех орудий из меди и железа" (Быт. 4:22). Однако О. Борх был далеко не единственным сторонником этой версии: среди его предшественников, современников и авторов более позднего времени образ библейского Тувалкаина был весьма популярен. В частности, об этом писал знаменитый немецкий учёный иезуит, просвещённый во многих отраслях знания, Афанасий Кирхер (1602–1680), посвятивший алхимии целую главу своего известного сочинения "Подземный мир"» [14].
По словам Мэнли Холла,
«мистики полагают, что огонь был для розенкрейцеров универсальным символом, потому что только этот элемент может контролировать металлы. Они полагают себя потомками Тувал-Каина и Хирама Абиффа и говорят, что цель их существования заключается в сохранении духовной природы человека в век материализма» [15].
Эта линия — «розенкрейцеры как духовные наследники Тувалкаина и Хирама» — была впоследствии развита в герметико-розенкрейцерской и парамасонской литературе XIX-XX вв.: огненная природа металлургии истолковывается как материальная сторона алхимического Великого Делания, а сам Тувалкаин — как «первый адепт» практической трансмутации.
Тувалкаин в колдовстве и демонологии
Ряд современных авторов, прежде всего, в традиции Люциферианского и Тубал-Каинова ведовства XX века, отождествляет Тувалкаина с Азазелем и видит в нём покровителя тайных наук и колдовства:
«Азазель, первый кузнец (позднее представший в облике Тубал-Каина, первого кузнеца в Библии) и работающий с огнём волшебник, был ассоциирован с Марсом (Мадим) в раввинической традиции. Он был вавилонским богом адского огня и подземного солнца, Нергалом. Наряду со своей свитой сатиров-Сеирим, или "Косматых", в еврейской демонологии он также представляет форму аккадского козлорогого божества Уза. Шемьяза, альтернативная форма Азазеля, но представленный в Книге Еноха отдельным ангелом, — это Люциферианский Повелитель Волшебства. Он соответствует Венере (Нога [Nogah]) как Утренней Звезде, которая была известна евреям как Хелель бен Шахар и соответствовала "Небесной Царице" Иштар» [16].
Те же авторы прямо связывают масонскую и ведовскую линии:
«Тубал-Каин, как мы видели, был версией бога ведьм, и он включён в масонские документы, поскольку был "ковачом орудий из меди и железа". Еврейский историк Иосиф Флавий утверждает, что Тубал на самом деле изобрёл латунь — смесь бронзы и меди — для рубящих инструментов и оружия. Масонский автор Бернард Джоунс предполагал, что Тубал был оружейником, и отождествлял его с римским богом огня и кузнецов Вулканом. Он пишет: "Есть намёки на то, что Тубал-Каин отождествлялся с примитивным огненным божеством, известным древним алтайским народам, которые, вероятно, были древнейшими мастерами по работе с металлом в мире". Джоунс далее связывает Тубала с номадическим племенем рядом с Каспийским морем, называемым кенитами, которые вели своё происхождение от Каина и были наследственными кузнецами и лошадниками» [17].
Согласно ряду иудейских преданий, демон Асмодей является плодом кровосмесительной связи Тувалкаина и его сестры Наамы (см. цитату из Тишби выше).
Тувалкаину также приписывалось изготовление наконечника «Копья Лонгина», которым была нанесена рана распятому на кресте Иисусу; это позднесредневековое предание, поддержанное в герметико-розенкрейцерской литературе, образует один из мостиков между фигурой Тувалкаина и символикой Грааля.
Английский оккультист Роберт Кокрейн (1931—1966), один из основателей британского традиционного ведовства, назвал основанный им ведовской ковен «Клан Тубал-Каина». Через этот ковен и его наследников — The Royal Windsor Cuveen, The Regency и далее — образ Тувалкаина вошёл в современное люциферианское и «дикое» ведовство (Witchcraft, Cunning Craft) как фигура «первого кузнеца» и покровителя тайных ремёсел.
Критические замечания и дискуссии
Латунь и медь
Утверждение Иосифа Флавия, повторённое в ряде работ современных авторов (в том числе у Джексона и Говарда), о том, что Тувалкаин «изобрёл латунь», основано на лексической путанице: еврейское нехошет (נחושת) у Иосифа и в части средневековых переводов передаётся греческим χαλκός / латинским aes, что — в зависимости от контекста — означает и «медь», и «бронзу», и «латунь». Латунь как сплав меди с цинком археологически фиксируется лишь в I тыс. до н.э. и не может относиться к допотопной библейской эпохе. Современные академические переводы единодушно выдают «медь» или «бронзу».
Каббалистическая «демонизация» Тувалкаина
Связь Тувалкаина и Наамы с демоническим планом — характерное достижение каббалистики XIII-XV веков (особенно зогарической школы и круга Йосефа из Хамадана); в собственно библейском и талмудическом тексте Тувалкаин предстаёт нейтрально как культурный герой-ремесленник. Перенос зогарических интерпретаций в качестве «общеиудейских» (часто встречающийся в современной оккультной литературе) исторически некорректен.
Отождествление Тувалкаина с Азазелем
Тезис об отождествлении Тувалкаина с Азазелем, а через него — с Нергалом, Шемьязой и «богом ведьм» принадлежит современному западному ведовству (Никола Робинсон, Майкл Говард, Эндрю Чамбли и круг Cultus Sabbati) и представляет собой синкретическую реконструкцию, а не позицию академической иудаики. В академической библейской критике Азазель и Тувалкаин — фигуры разных текстуальных пластов и не сводимы друг к другу.
Тувалкаин и масонская преемственность
Включение Тувалкаина в иудейско-каинитскую линию «допотопных изобретателей» в Манускрипте Кука и более поздних «Старых зарядах» представляет собой характерное для средневековых ремесленных корпораций возведение своего ремесла к библейским «первооткрывателям»: точно так же ткачи возводили себя к Иувалу, землемеры — к Сифу и т.д. Современная академическая историография (Дэвид Стивенсон, Эндрю Прескотт) видит в этом не реальную преемственность, а традиционный жанр учёной легенды (англ. traditional history), скрепляющей цеховую идентичность.
Пожатие «Тувалкин» и его конфиденциальность
Описание масонского рукопожатия Мастера, приводимое в популярной литературе (М. Брэдли и др.), относится к категории материалов, которые сами масонские юрисдикции рассматривают как закрытые. В академической традиции его принято упоминать со ссылкой на опубликованные «разоблачительные» источники, не претендуя на учебную точность.
Библиография
- Тора с комментариями Раши. Т. 1. Брейшит. — М.: Книжники; Лехаим, 2012.
- Идель, Моше. Каббала: Новые перспективы. Пер. с иврита. — М.; Иерусалим: Мосты культуры; Гешарим, 2010.
- Tishby, Isaiah; Goldstein, David (transl.). The Wisdom of the Zohar: An Anthology of Texts. Vol. II. — Liverpool: Liverpool University Press, 1989.
- Уэйт, А.Э. Новая энциклопедия масонства. — СПб.: Лань, 2003.
- Карпачёв, С. Масоны. Словарь. Великое искусство каменщиков. — М.: АСТ, 2014. — (Серия «Историческая библиотека»).
- Холл, Мэнли П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии. — М.: Эксмо; Мидгард, 2007.
- Генон, Рене. Царство количества и знамения времени / Пер. с фр. Т.Б. Любимова. — М.: Беловодье, 1994.
- Ambelain, Robert. La Franc-maçonnerie oubliée. — Paris: Robert Laffont, 1999.
- Родиченков, Ю.Ф. Двадцать веков алхимии: от псевдо-Демокрита до наших дней. — СПб.: РХГА, 2019. — (Серия: «Герметицизм с древности до наших дней»).
- Джексон, Найджел Олдкрофт; Говард, Майкл. Столпы Тубал-Каина. — М.: Клуб Касталия, 2012.
- Брэдли, М. Секреты масонов / Пер. с англ. — М.: Ниола-Пресс, 2007.
- Пильгун, А. Потусторонний мир Средневековья: рай, чистилище, ад и их персонажи в визионерских текстах и миниатюрах из западноевропейских рукописей IX–XV веков. — М.: Гамма-Пресс, 2019.
Примечания
- 1. Тора с комментариями Раши. Т. 1. Брейшит. — М.: Книжники; Лехаим, 2012. — С. 125–126.
- 2. Ambelain, Robert. La Franc-maçonnerie oubliée. — Paris: Robert Laffont, 1999.
- 3. Генон, Рене. Царство количества и знамения времени. Пер. с фр. Т. Б. Любимова. — М.: Беловодье, 1994. — С. 159.
- 4. Иосиф Флавий. Иудейские древности. Кн. I, гл. 2.
- 5. Тора с комментариями Раши. Т. 1. Брейшит. — М.: Книжники; Лехаим, 2012. — С. 127.
- 6. Tishby, Isaiah; Goldstein, David (transl.). The Wisdom of the Zohar: An Anthology of Texts. Vol. II. — Liverpool University Press, 1989. — P. 542–543.
- 7. Цит. по: Идель, Моше. Каббала: Новые перспективы. — М.; Иерусалим: Мосты культуры; Гешарим, 2010. — С. 369.
- 8. Там же, с. 370.
- 9. Пильгун, А. Потусторонний мир Средневековья. — М.: Гамма-Пресс, 2019. — С. 331.
- 10. Уэйт, А.Э. Новая энциклопедия масонства. — СПб.: Лань, 2003. — С. 153–154.
- 11. Карпачёв, С. Масоны. Словарь. Великое искусство каменщиков. — М.: АСТ, 2014. — С. 420.
- 12. Холл, Мэнли П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии. — М.: Эксмо; Мидгард, 2007. — С. 776.
- 13. Брэдли, М. Секреты масонов / Пер. с англ. — М.: Ниола-Пресс, 2007. — С. 63.
- 14. Родиченков, Ю.Ф. Двадцать веков алхимии. — СПб.: РХГА, 2019. — С. 15–16.
- 15. Холл, Мэнли П., указ. соч. — С. 566.
- 16. Джексон, Найджел Олдкрофт; Говард, Майкл. Столпы Тубал-Каина. — М.: Клуб Касталия, 2012. — С. 42.
- 17. Там же, с. 107.