Карпион

Карпион (греч. Καρπιων; лат. Carpio) — христианский гностик, живший на рубеже IV-V вв. и относивший себя к последователям Валентина. О его биографии нет абсолютно никаких сведений, также неясно, где именно он проповедовал. Неизвестно также, были ли у него собственные книги и в чем детально заключалось его собственное учение. Его имя не упоминается ни в одном посвященном «ересям» труде церковных авторов первых шести веков христианства даже несмотря на то, что некоторые из этих авторов упоминают сотни таких «ересей».

Тем не менее, загадочная фигура Карпиона интересна тем, что позволяет проследить генеалогию валентинианского гностицизма до V века н.э. включительно, когда неогностические течения (павликиане, богомилы, катары и пр.) еще не возникли, а поздние гностические школы — манихейские — существовали совершенно независимо от учений классиков гнозиса, выработав собственную чётко очерченную в деталях доктрину.

Впрочем, современный исследователь гностицизма, норвежский профессор Эйнар Томассен (р. 1951) полагает, что Карпион, вероятно, не принадлежал ни к одной валентинианской общине [1] (которые вряд ли существовали на тот момент) и был, соответственно, валентинианином-одиночкой.

Единственный церковный автор, благодаря которому нам вообще известно это имя — Нил Синайский (Анкирский), византийский подвижник IV-V вв. и ученик Иоанна Златоуста. Современником и в ту пору земляком Нила и был Карпион [2].

Впрочем, судя по приведенному ниже его тексту, написанному около 400-го года, и сам Нил был знаком с гностическим проповедником не лично, а благодаря рассказу одного из своих товарищей. Этот рассказ произвел на подвижника некоторое впечатление, и в результате Нил обратился с нарочито издевательским и грубым письмом к Карпиону лично [3].

Вот его текст:

«Карпиону, последователю ереси Валентиан. Два дня назад осмелился ты не краснея произносить речь при многочисленном народе, сказав, что одна из внучек Божества, называемая Ахамот, пожелала достигнуть величия, пребывающего в неизреченных глубинах Божества и именуемого бездной. Безуспешно предприняв это, Ахамот ниспала на землю и, сев во тьме, плакала, из ее слез и произошла влажная сущность. В то время, один из наших братий, проходя мимо, спросил тебя: все ли воды, и солёные и сладкие, произошли от слёз Ахамот? А ты, недоумевая, что сказать, попросил отсрочки, но и доныне не осмелился выйти в народ, не зная, какой дать ответ. Мы, посмеявшись над лжецом, во облегчение затруднения скажем тебе другую смешную ложь. Так надлежало тебе ответить спросившему: горькие слезы никогда не существовавшей Ахамот, как пролитые от боли и сильного огорчения, стали солёными морями, а пот этой бедной женщины произвел источники, реки, колодцы, озёра и прочие сладкие воды. Вот что для смеха можно прибавить к твоим бредням» [4].

Итак, судя по этому тексту, Карпион придерживался именно валентинианского мифа о падшей Софии, отпрыск которой валентиниане звали Софией-Ахамот. «Внучкой» Божества сам гностик вряд ли её называл [5] — этот термин был, вероятно, использован Нилом для того, чтобы пояснить не адресату, но будущему читателю-ортодоксу генеалогию этой «внучки»: Божество — Божественная София — София-Ахамот. Попытка же Софии-Ахамот вознестись обратно в Плерому, к ее небесным прародителям, как раз в тот период (IV век) более чем подробно освещалась позднейшими валентинианами — так, подобной теме практически целиком посвящён текст из Кодекса Эскью (причём это самый длинный дошедший до нас гностический текст), где вместо Софии-Ахамот выступала Пистис София, которая также поначалу терпела неудачи в своих попытках реинтеграции в Плерому. В этой связи сообщение Нила Синайского о некоторых взглядах валентинианина Карпиона выглядит в значительной степени достоверно.

Примечания

1. Thomassen, Einar. The Spiritual Seed: The Church of the «Valentinians». — Leiden; Boston: Brill, 2006. — (Nag Hammadi and Manichaean Studies, 60). — P. 506 n. 55.

2. Bardy, Gustave. Carpion // Dictionnaire d’ Histoire et de Géographie Ecclésiastiques. Vol. 11. — Paris: Letouzey et Ané, 1949. — P. 1117-1118.

3. Migne, J.-P. (ed.). Patrologia Graeca. Vol. 79. — Paris, 1865. — P. 167-170 [Nilus Epistula 234]. Благодаря этому изданию имя Карпиона и стало известно читающей европейской публике Нового времени.

4. Цит. по изд.: Преподобный Нил Синайский. Письма. — М.: Благовест, 2010. — С. 100. В данном переводе это письмо фигурирует под № 230.

5. Здесь важно подчеркнуть, что, как минимум, в поздних гностических проповедях и текстах были не в ходу применительно к метафизическим дискурсам никакие «дедушки», «бабушки», «внуки» или «внучки». Например, Иеу в «Пистис Софии» — это «Отец Отца Иисуса»; там же, а также в «Книгах Иеу» вместо «Внука Божества» используется термин «Сын Сына» (или «Дитя Ребёнка») и т.п. «Отсрочка» же, о которой просил церковного слушателя Карпион, могла быть в равной мере увязана либо, действительно, с «незнанием ответа», либо с необходимостью как следует обдумать какую-либо вежливую реплику в ответ на столь обескураживающее вопрошание.