Езидизм
Езидизм (курд. Êzdiyatî, êzdîtî), тж. шарфадин (курд. Şerfedîn, «Благая вера») — синкретическая монотеистическая религия езидов — курдской этно-конфессиональной группы. Самоназвание веры — Шарфадин (курд. Şerfedîn), что можно перевести как «Благая вера» или «Путь Веры». Название «езиды», по одной из наиболее распространенных научных версий, восходит к древнеиранскому слову yazata (божественное существо, достойное почитания), хотя народная этимология самих езидов часто связывает его с именем Бога — Êzid. Сочетает элементы зороастризма, т.н. вненормативного иудаизма, гностического христианства, несторианского христианства и ислама. Первой страной в мире, где Езидская Церковь получила статус юридического лица, стала Грузия (с 2011 года) [1].
Последователи езидизма веруют в единого Бога и семерых архангелов, эманировавших из него. Главным из этих архангелов является Малак Тавус (дословно — Ангел-Павлин). Сами езиды отождествляют его с Кибраилом (Гавриилом), Другие архангелы езидского пантеона — Езраил (Азраил), Михаил, Шивкаил, Дердайил (Дардайил в исламе), Езафил (Исрафил) и Езазил (Азазил в исламе).
Синкретическая природа и исторические корни
Езидизм является результатом многовекового соединения различных традиций. Его формирование в современном виде связано с деятельностью суфийского шейха Ади ибн Мусафира (XII век), чей мавзолей в Лалише (Ирак) является главной святыней религии.
- Зороастризм: От него унаследовано почитание огня, солнца как видимого лика Божества и дуалистическое восприятие мира (хотя езидский «дуализм» отличается от классического персидского) [2].
- Гностицизм: Глубинное сходство с гностическими системами проявляется в учении об эманациях Бога и особой роли посредников между миром и Творцом.
- Иудаизм и христианство: Влияние проявляется в пищевых запретах, обрядах крещения и обрезания, а также в признании библейских пророков [3].
- Ислам: Суфийская терминология и мистические практики оказали решающее влияние на организационную структуру общины.
Как отмечает Теймураз Авдоев, подчёркивая при этом демократичность, а не элитарность (несмотря на наличие сильного эзотерико-теософского элемента) езидской религии,
«Само возникновение и становление езидизма невозможно проследить вне контекста религиозной ситуации XI-XIII вв. на территории Курдистана, где в процессе активного взаимодействия и контактов, трансформации и синтеза различных конфессий — языческих культов, христианства, гностических идей и в особенности исламских мистических течений — формировалось и выкристаллизовывалось новое синкретическое учение» [4].
Священные тексты езидов
Религиозная система езидизма на протяжении столетий опиралась на устную передачу знаний, что было обусловлено как необходимостью сохранения тайны учения (эзотеризм общины), так и кочевым образом жизни в условиях постоянных гонений. Тем не менее, в езидской традиции существуют два ключевых письменных памятника, приписываемых шейху Ади и его преемникам: Китеба Джилве (курд. «Kiteba Cilwe» — «Книга откровения») и Масхафе Раш (курд. «Meşefa Reş» — «Черная книга» или «Черный свиток»). Первая книга, «Китеба Джилве», представляет собой описание божественного величия Малак Тауса, написанное от первого лица; в ней утверждается всевластие Ангела-Павлина над миром и его право распоряжаться судьбами людей вне зависимости от их представлений о добре и зле. «Масхафе Раш» носит более космогонический характер: в ней описывается сотворение мира, появление семи архангелов, грехопадение человека и история миграций езидского народа. Важно отметить, что в академической среде ведется дискуссия о подлинности рукописей, ставших доступными в начале XX века, однако для самих верующих эти названия символизируют само существование записанного Слова Бога, которое долгое время скрывалось от непосвященных.
Кавлы и Бейты: Живое писание
Поскольку доступ к книгам был ограничен высшими кастами (Шейхами и Пирами), основной массив вероучения сохранился в форме литургической поэзии. Главным жанром здесь являются кавлы (от араб. qawl — «речение», «слово»), представляющие собой догматические гимны, в которых зашифрованы основы космогонии, морали и истории. Кавлы исполняются во время коллективных молитв и праздников, а их текст считается священным и неизменным. Бейты (от араб. bayt — «дом», «двустишие») дополняют эту систему, часто имея более повествовательный или элегический характер. Наряду с ними существуют и другие важные жанры: дуа (личные молитвы), джандиль (метафизические гимны), дрозга (благословения) и мисхабат (назидательные беседы в стихах). Весь этот корпус текстов образует так называемый «Кавле Марф» (Слово Знания), который передается из поколения в поколение как незыблемый фундамент езидской идентичности.
Каввалы: Хранители сакральных гимнов
Знатоки, хранители и исполнители священных гимнов составляют особое духовное сословие — каввалов. В социальной иерархии они стоят ниже Шейхов и Пиров, однако их роль в сохранении веры неоценима. Каввалы традиционно проживали в селениях Башика и Бахзани (Ирак) и сопровождали ритуальные обходы езидских святынь, неся с собой «санджаки» — бронзовые изображения Ангела-Павлина. Исполнение кавлов обычно сопровождается игрой на священных музыкальных инструментах: флейте (шаббаб) и бубне (даф). Музыка в данном контексте рассматривается не как украшение, а как проводник божественной энергии, помогающий адепту войти в состояние духовного сосредоточения. Тот факт, что езидские писания звучат на курдском языке (курманджи), делает их доступными для понимания большинства общины, хотя использование отдельных арабских вкраплений в молитвах отсылает к суфийским корням и эпохе реформ шейха Ади.
Первым и наиболее почитаемым гимном считается «Qewlê Xwedê» («Изречение Бога»), который, согласно преданию, был явлен в момент сотворения мира. Этот текст задаёт ритмическую и теологическую структуру для всей последующей поэзии. Язык езидских текстов — архаичный курманджи — содержит множество терминов, которые уже вышли из повседневного употребления, что придает им особый статус «священного языка». В некоторых мистических текстах и генеалогиях шейхов встречаются целые фрагменты на арабском, что подчеркивает сложную культурную среду, в которой формировался Шарфадин. Современные исследователи и лидеры общины (особенно в Иракском Курдистане и Армении) ведут активную работу по систематизации и публикации этих устных преданий, чтобы предотвратить их исчезновение в условиях глобализации и миграции.
Космология: Единый Бог и Семь Архангелов
В езидской теологии Бог (Xwedê) — создатель Вселенной, который, совершив акт творения, отошел от непосредственного управления миром, передав власть Семи Ангелам (архангелам), эманировавшим из его света. Это делает езидизм строгим монотеизмом, где Бог является первопричиной, а ангелы — его исполнительными силами.
Семь Архангелов (Семь Тайн)
- Малак Тавус (Ангел-Павлин): Глава ангельской иерархии, верховный правитель мира.
- Шивкаил (Шемнаил): Часто соотносится с силами защиты.
- Изафил (Исрафил): Традиционно связывается с вестничеством.
- Михаил: Хранитель и защитник.
- Дердайил (Дардайил): Ангел мудрости.
- Езраил (Азраил): Ангел, ведающий переходом душ.
- Езазил (Азазил): В езидизме этот образ лишен негативных коннотаций, присущих ему в авраамических религиях.
Малак Тавус — Центральный образ культа
- Основная статья: Малак Тавус
Малак Тавус (Ангел-Павлин) — самый узнаваемый и в то же время самый неправильно понимаемый символ езидизма. Он изображается в виде павлина — птицы небесной красоты и бессмертия. Согласно езидским преданиям, Бог приказал ангелам не поклоняться никому, кроме Него. Когда был создан человек (Адам), Бог испытал ангелов, велев им поклониться Адаму. Малак Тавус отказался, мотивируя это тем, что он сотворен из божественного света и предан только Богу. За эту верность Бог возвысил его над остальными. Именно этот сюжет привел к тому, что представители других религий ошибочно отождествляли Малак Тавуса с падшим ангелом. В езидизме зла как независимой космической силы (антипода Бога) не существует; зло — в поступках людей, а Малак Тавус является символом верности Творцу.
Святьни езидов: Лалеш — духовный центр и пуп земли
Главной и единственной святыней езидов всего мира является долина Лалеш (курд. Laleş), расположенная в горном районе Шейхан (примерно в 60 км к северу от Мосула). В центре этой священной долины находится храмовый комплекс с мавзолеем Шейха Ади ибн Мусафира — великого реформатора езидизма XII века, чья фигура в езидской теологии рассматривается как земное воплощение одного из семи архангелов. Архитектура Лалеша уникальна: его знаменитые рифлёные конические купола (Qub), символизирующие лучи Солнца, нисходящие на землю, являются визуальным воплощением солярной природы езидской веры. При входе в главный храм на дверном косяке изображена Чёрная змея — один из самых загадочных символов традиции, который, согласно легенде, спас Ноев ковчег от затопления, заткнув своим телом пробоину. Для езида прикосновение к этой змее и порогу храма является актом глубокого духовного очищения.
Культовые предметы
Основные культовые предметы — 7 бронзовых или медных литых статуэток птицы на высокой подставке (санджак — в древних тюркских языках это слово означало «знамя, штандарт, флаг»), хранящиеся в Лалеше, символизирующие семь великих архангелов (Heft Sirr — Семь Тайн) во главе с Малак Таусом. Исторически каждый санджак был закреплён за определённым регионом езидского расселения (вилаятом): один постоянно находился в Лалеше, другие — в Шенгале, Шейхане, Алеппо, Тебризе и других областях. Эти реликвии воспринимаются не просто как изображения, но как физические вместилища божественной благодати (Baraka), через которые Ангел-Павлин незримо присутствует среди своего народа.
Периодический вынос санджаков из Лалеша и их торжественное шествие по езидским селениям называется Тавусгеран («Обход Павлина»). Эту миссию возлагают на представителей специального сословия — каввалов. Роль каввалов в езидском обществе выходит далеко за рамки простого сбора пожертвований. Они являются наследственными хранителями устной традиции, музыкантами и певцами священных гимнов. Во время Тавусгерана каввалы несут санджак, задрапированный цветными тканями, под звуки священных инструментов — бубна (daf) и флейты (šabbāb). Прибытие санджака в селение — это важнейшее событие: верующие совершают ритуальное поклонение реликвии, целуют её подножие и делают подношения, которые затем направляются на содержание святынь Лалеша и поддержку бедствующих членов общины. Считается, что присутствие санджака освящает дома и защищает людей от невзгод на целый год до следующего обхода.
Важно отметить, что сакральный статус санджаков столь высок, что их утрата или осквернение воспринимаются езидами как величайшая катастрофа. На протяжении веков многие санджаки были утеряны или захвачены в ходе войн и гонений (например, несколько реликвий были похищены османскими властями в XIX веке). До недавнего времени считалось, что в целости сохранилось лишь несколько из семи оригинальных штандартов. Трагические события последних двух десятилетий в Ираке вновь поставили под угрозу существование этих древних святынь, однако езиды продолжают свято верить, что до тех пор, пока хотя бы один санджак пребывает в руках общины, духовная связь с Малак Таусом остается неразрывной.
Гностические параллели и система 365 сущностей
До XXI века исследователи полагали, что синкретизм религии езидов подобен равностороннему многоугольнику, который, хотя и имеет истоки в глубокой зороастрийской древности Персии, сейчас не позволяет выделять какое-либо одно учение. Однако в последние десятилетия принято уделять больше внимания гностической составляющей в религиозной доктрине езидов в том виде, как она сложилась к данному времени [5]. Следует, к тому же, помнить о возможности взаимовлияния мандеев (как гностической общины, находящейся также, преимущественно, в Ираке) и езидов.
Гностическую составляющую, хотя и с некоторой осторожностью, учёные усматривают, начиная с самых вершин езидской метафизики:
«Это заманчиво, и, вероятно, нам не следует отрицать вероятность того, что xwadē является отголоском "Сокрытого Бога" какой-то древней гностической системы, и что его проявления в триаде сравнимы с эманациями от далекого божества, но мы не можем делать поспешных выводов, пока не оценим значимость (других) гностических элементов в езидизме. То же самое относится к влиянию шиитской исламской доктрины эманаций» [6].
Более того, xwadē, делегировавший все (кроме, вероятно, части демиургических) свои функции Божественной Триаде, рассматриваемой учёными как отголосок Триад у валентиниан, никак не вмешивается в дела мира сего (своего рода «гностический деизм»). Малак Тавус, также высшее и уже проявленное божество езидов (сочетающее, как отмечают западные исследователи, элементы божественности с чертами некоего падшего ангела), также упоминается в ярсанизме и мандеизме, то есть в системах именно гностического толка.
Заметим, что аналогом Гнозиса античного христианства в системе езидов является якин, доступный лишь глубоко верующему и внутренне очистившемуся человеку. Якин — истинное знание, приобретаемое посредством ясного внутреннего видения, то есть видения сердца. Гнозис в трактовке античных ересиологов являлся фактором, который противопоставлялся вере церковных христиан и которому совершенно не обязательно должно было сопутствовать нравственное поведение. В действительности мы не наблюдаем даже отзвуков такого противопоставления в аутентичных гностических текстах (если не считать оппозицию слепой вере тертуллиановского извода), и позиция древних и нынешних езидов также говорит не в пользу ересиологической версии бытования древнего Гнозиса.
Ересиологи отмечали и огромную важность мифологии змея, выходящей далеко за пределы библейских нарративов, в гностических системах (Ипполит даже начал своё описание гностических систем с т.н. наасенов), что также может роднить построения езидов с их гностическими предтечами. Впрочем, павлин также рассматривается учёными как результат гностического влияния на езидов:
«С рассмотрения упомянутых выше двух образов — змеи и павлина — езидизм неизбежно стал рассматриваться в контексте гностицизма, что, собственно, и происходит <поныне>» [7].
Интересно, что змей, будучи одним из важнейших символов езидизма, явным образом не упоминается в его текстах, хотя, как уже отмечалось выше, его можно встретить в главном храме езидизма. У армянских езидов есть, кроме того, латунная фигурка змея-дракона, также являющаяся сакральным предметом культа. При этом гностики-мандеи также изображают змея в двух формах — как пресмыкающееся, без головы и ног, и как великого земного дракона. К примеру, мандеи вырезают змея как символ жизни и в виде амулета над дверным косяком в новом жилище, украшая его синими бусами и поделками из глины. Змея из синего хлопка подвешивается мандеями к супружескому ложу и т.д. Таким образом, символизм змея является не только общегностическим, но и общерегиональным мотивом в прикладном искусстве. При этом отличие использования змея в езидизме от того, как это делается в прочих гностических системах (включая мандейскую) заключается как раз в том, что езиды не используют змея в догматическом контексте.
Система семерых архангелов-творцов также гностическая по своей сути (хотя и не эксклюзивно гностическая, т.к. в гностических учениях сугубо уникальных признаков довольно мало), причем гностики могли подавать эту идею как собственную экзегезу «семи дней творения» из Книги Бытия.
Обращает также на себя внимание неортодоксальная, восходящая к гностикам, трактовка истории Адама у езидов, а также их легенда о сосбственном происхождении от одного лишь семени Адама. В классических гностических (т.н. сифианских) текстах, дошедших на коптском языке, чаще всего шла речь о несколько ином, нежели адамовое, семени, о «семени Сифа» и о «роде Сифа» как о признаках избранничества гностиков, однако тут важно помнить, что Сиф как в библейской, так и в парабиблейской традициях — третий сын Адама и Евы. Таким образом, перефразируя в собственных нуждах гностические откровения, езиды намекали на то, что именно они — народ, который в состоянии восстановить в человеке божественную природу, утраченную в мире сем.
Интересен также символизм жемчужины как постоянный мотив езидских сакральных текстов. Поиск жемчужины у гностиков — это поиск собственной потерянной души, своего истинного Я, в то время как его обретение означает, в сущности, возвращение к Богу. Гностические концепции души как жемчужины (отраженные также в «Деяниях Фомы», активно использовавшихся и манихейскими общинами) также были широко распространены в езидских откровениях. В древних религиях жемчужина была важнейшим космологическим символом, и в гностических системах мы наблдюдаем лишь отголосок этого, но езиды, кажется, вознамерились вернуть жемчужине её былое величие. Поскольку жемчужина заключена в раковине, что также глубоко символично, она может включать все элементы Вселенной в свою субстантивную, квинтэссенциальную часть. Езидская космогония наделяет (белую) жемчужину именно этим статусом, как квинтэссенцию вселенной, сосуществующую с божественным в вечности, предшествующую всему остальному. Кроме того, согласно езидской традиции, первозданная жидкость, семя, которое породило езидский народ, также была создана Богом из жемчужины.
Езидский пантеон включает 365 святых сущностей (хасов), что глубоко символично и соответствует числу дней в году. Это роднит езидизм с гностической системой Василида, который учил о существовании 365 небес [8], символизировавшихся Абраксасом.
Главное сходство между Малак Таусом и Абраксасом кроется в их нумерологическом и солярном значении. В обеих традициях число дней в году выступает не как календарная мера, а как символ тотальности божественного присутствия в каждом моменте времени. Малак Таус, как и Абраксас, является персонификацией этого цикла. Кроме того, обе фигуры выполняют функцию «оправданного посредника». Если в ряде гностических систем Демиург — с точки зрения ересиологов — часто изображается как невежественная или враждебная сила, то в езидизме этот творец мира предстает как законный и необходимый наместник Бога (что в очередной раз ставит под вопрос и верность ересиологического истолкования гностического Демиурга). И Малак Таус, и Абраксас, таким образом, являются «солнечными стражами», которые удерживают мир от распада, соединяя в себе высшую мудрость и суровую справедливость.
В обеих системах число 365 указывает на полноту временного цикла и всеобъемлющий характер божественного присутствия. Езидские святые — это не только мистические существа, но и исторические личности (часто шейхи из рода шейха Ади), которые рассматриваются как земные воплощения божественных сил.
В текстах езидизма существует такое понятие, как xerib, аналог греческого ἀλλογενής, т.е. чужестранец, инородец. Как отмечает Т. Авдоев, это слово у езидов
«знаменует один из основных принципов гностической религии, согласно которой люди — отчуждѐнные в этом мире, разлучѐнные с мистической Родиной, а их принятие в божественную сферу является возвращением в их истинный дом» [9].
Социальная структура и догматика
Езидское общество строго разделено на эндогамные касты. Переход из касты в касту или брак с представителем другой касты (а также с иноверцем) категорически запрещён. Езидское общество состоит из Шейхов и Пиров (духовные сословия, учителя и наставники), Мюридов (миряне, паства). Каждый езид с рождения имеет своего «брата по вере» из духовного сословия (Ахирет), который сопровождает его душу в загробном мире. Одной из ключевых доктрин является вера в переселение душ (метемпсихоз), что также сближает езидизм с религиями индуизма и гностическими учениями.
Современный статус и юридическое признание
Историческим центром езидизма является регион Шангал (Синджар) в Ираке, где находится Лалиш. Езиды также живут в Сирии, Иране и Турции. Однако в последние десятилетия езиды сформировали значительные диаспоры в Европе и на постсоветском пространстве [10].
Грузия стала первой страной в мире, где в 2011 году езидская община получила статус юридического лица (религиозной организации), что позволило им официально строить храмы и вести культурно-просветительскую деятельность. 16 июня 2015 года в Тбилиси был открыт храм Султана Езида, ставший вторым по значимости духовным центром для езидов после Лалиша.
Также значительная и официально признанная община проживает в Армении, где в селе Акналич находится крупнейший езидский храм в мире «Куба Мере Диване». Армянские езиды являются первым по численности населения этноконфессиональным меньшинством страны, причем с армянами они находятся, как сообщают очевидцы, в очень хороших отношениях, чему не мешает разница в вероисповеданиях. В ряде учебных заведений Армении преподаётся езидский язык; в стране выпускается на нём самая разнообразная литература.
В РФ езидские общины зарегистрированы во Владимирской области, в Екатеринбурге, Иркутске, Нижнем Новгороде, Самарской области, Сургуте, Туле, Ульяновской области и Ярославле.
Литература
- The Religion of the Peacock Angel: The Yezidis and Their Spirit World / Ed. by Garnik S. Asatrian and Victoria Arakelova. — L.; N.Y.: Routledge, 2014. — (Gnostica: Texts & Interpretations).
- Омархали, Х. Йезидизм. Из глубины тысячелетий. — СПб., 2005
- Полатов, Д.Р. Езиды. Религия и народ. — М., 2005.
- Авдоев, Теймураз. Историко-теософский аспект езидизма. — М.: ЭРА, 2016.
- Авдоев, Теймураз. Глоссарий по езидизму [курдско-русский]. — М.: Ромм и сыновья; ИП Бабина О. М., 2022.
- Авдоев, Теймураз. Историко-религиоведческий аспект езидизма. — В 2-х тт. — М.: Касталия, 2018. Доступна электронная версия.
Примечания
- 1. Духовный совет езидов Грузии.
- 2. Как отмечает современный исследователь езидизма Теймураз Авдоев, «Зороастрийский дуализм не отождествляет зло с материей и не противопоставляет ей дух, и в этом его главное отличие от дуализма гностиков, манихеев и езидов. По этим причинам в зороастризме нет аскетических практик, направленных на угнетение тела, обетов воздержания и безбрачия, отшельничества».
- 3. Церковно-христианское влияние на езидизм прослеживается в форме несторианства, поскольку именно его исповедует христианская часть курдов (курды-хиристи и их Курдская Церковь Христа) ещё со времен епископа Фомы Бар Саумы Нисибисского (ок. 415 — ок. 492 гг.). В учёном мире есть мнение, что даже буквы езидского алфавита были выведены из несторианской буквицы. В области теологии несторианству свойственна продуманная концепция Божественного Сыновства (как второго лица Троицы, доктрину которой в целом несториане не отвергали). Согласно ей, Христос облавдает единой волей, но двумя ипостасями (сир. ܩܢܘܡܐ, — кнома), земной и небесной (ортодоксия, поддержанная Эфесским собором 431 г., в свою очередь, признавала две природы Сына, но единую Его ипостась, в чём несторианство усматривает даже логическое противоречие). Следует отметить, что несторианская христология была ближе к гностической (если, конечно, сравнивать валентинианские Божественные Триады с Троицей церкви) — прежде всего потому, что чётко постулировала разницу между Христом Небесным (или Христом как Эоном у гностиков) и Иисусом Христом, в то же время, признавая единым Источник обоих. У несториан тажке не принято изображать распятие как символ смерти — они используют обычный крест, что также роднит их с гностиками, использовавшими разные формы анхов.
- 4. См. Авдоев, 2018, т. 2, с. 65.
- 5. См., напр., Asatrian, 2014.
- 6. См. Asatrian, 2014, p. 6.
- 7. Там же, p. 24.
- 8. В значительной своей части учение о 365 хасах является тайным. Впрочем, если отталкиваться от системы Васмлида, можно увидеть, что 365 эонов в его системе лишь в трактовке некоторых ересиологов (Ириней) эманируют непосредственно из Высших Сущностей, тогда как Василид подразумевал их исходящими из Низшей Огдоады, т.е. из Огдоады Великого Архонта, находившейся, в свою очередь, в Третьем (низшем) Сыновстве божественного мира (таким образом, всего в умопостигаемом мире у самого Василида было не 365 эонов, а гораздо больше, и не факт, что речь идет лишь об их зеркальном подобии, когда эти 365 можно было бы просто удвоить). Сложно сказать, откуда в точности исходит каждый из 365 хасов у езидов, поскольку сочинения самого Василида не сохранились и неясно, чьей интерпретацией его учения могли пользоваться езиды.
- 9. См. Авдоев, 2018, т. 2, с. 318.
- 10. Этому обстоятельству немало поспособствовали преследования езидов исламистами в XXI веке, и особенно — геноцид езидов в Ираке и Сирии, осуществлявшийся террористической группировкой ИГИЛ в течение двух с половиной лет, в 2014-17 гг. В ходе этого геноцида, по данным ООН, погибло около 5.000 человек, от 4.200 до 10.800 человек были похищены или захвачены в качестве пленных / заложников и более полумиллиона человек оказались в категории перемещенных лиц. При этом террористы обращали в сексуальное рабство езидок, включая девочек, а также насильственно обращали в ислам многих из похищенных езидов. Этому геноциду также подверглись и местные христиане; статистика жертв из обеих групп жертв велась ООН раздельно, но была весьма приблизительной.